В игру «Червы» я играю давно, сколько себя помню. Нет, неверно, с тех пор, как сел за компьютер. Конечно, я играю и в другие игры, в шахматы, в «Сапёр», в разбивание пузырей. Мой средний результат игры в «червы» — 4 из 10. Четыре победы из десяти партий. Компьютер сдаёт карты на четверых игроков — мне и троим виртуалам. А фактически я играю против всех, против компа. Однажды, не помню как, не помню почему, я перед сдачей сказал каждому из этой компьютерной троицы: «Желаю тебе выиграть». И выиграл я. В новой партии я опять мысленно перед сдачей говорил: «Желаю тебе выиграть, желаю тебе выиграть, желаю тебе выиграть». И победил снова. И так 10 партий подряд.
Данное событие меня весьма поразило. Я играл и играл без остановки. И ни одного проигрыша. С желанием выигрыша партнёру — выигрываешь всегда. Без такого пожелания — проигрываешь, но можешь и победить, 4 из 10. Как это объяснить? Непонятно. А если сыграть 100 партий с пожеланиями? 100 из 100, и всё выигрыши. А если сыграть в другую игру? Там, где тоже виртуальные соперники. Но чудо не повторилось. Стопроцентный выигрыш сопровождал меня только в «червях».
Как можно использовать «червонное» открытие? Я пробовал разное. В игре в карты с реальными партнёрами. В разных жизненных ситуациях. И всё время возвращался к компьютеру, проверяя, работает ли мой метод в «червях». Метод работал безотказно. Мне казалось, что я приоткрыл завесу какой-то большой тайны, какого-то вселенского способа добиться в этой жизни всего. И даже большего.
Зазвонил телефон. Я вздрогнул, хотя и знал, кто это беспокоит.
— Сергей, Сергеевич, здравствуйте. Как поживаете?
— Вы знаете, пока ничего не получается.
— Так долго Вы ещё будете кормить нас сказками?
— Я говорил вчера, что ожидаю поступления денег.
— Послушайте, Сергей Сергеевич, всякому терпению когда-то приходит конец. Наше уже на исходе. Сколько денег сегодня Вы нам перечислите?
— Да у меня нет ничего, кошелёк пустой. Даже хлеба купить не на что.
— Значит так! Сегодня перечисляешь деньги. Где ты их возьмёшь, меня не касается. Продай что-нибудь, возьми у матери.
— Послушайте, не трогайте маму. Я всё отдам… не сразу, частями, но обязательно рассчитаюсь. Дайте ещё немного времени.
— Срок у тебя до завтра. Если деньги не поступят, к тебе подъедет бригада наших сотрудников. Поговорят и с тобой, и с твоей матерью. До завтра.
Абонент разъединился.
Сижу, откинувшись на спинку дивана. Где же я возьму деньги? Да нигде. По крайней мере, в обозримом будущем. Слышу шаркающие шаги в коридоре. Приоткрывается дверь, это мама.
— Кто звонил, Серёжа?
— Знакомые.
— Снова коллекторы?
— Да нет.
Она смотрит с укоризной. Наверное, опять заплачет.
Неимоверно чешутся руки. Да и ноги. Но чесать нельзя. Если начнёшь, то уже не остановиться. Расчёсываешь всё тело. Сначала сладко, потом больно, но тоже сладко. Шелуха падает на пол, кожа становится мокрой. Это не гной, а какая-то белая жидкость. Потом она желтеет, а спустя некоторое время засыхает и превращается в струпья. И снова чешется. Иду на кухню, беру совок и веник, заметаю ошмётки. Их с каждым днём всё больше…
Звонит Борис.
— Привет.
— Привет.
— Чем занимаешься?
— Да ничем, сижу на диване.
— Может, сходим куда?
— Боря, у меня денег нет совсем, даже на кофе в автомате.
— И на кино?
— И на кино.
— Хочешь, я подъеду, сыграем в шахматишки?
— Поздновато уже. Вечером я плохо соображаю, ты у меня выиграешь.
— Слушай, Серёга, тут такое дело. Григорий, у которого я сейчас живу, к нему приезжает подруга, ну, типа, на ночь. А меня он просит уйти. Если я у тебя пер
