– Александр Олегович, я слепая. Что первое из шкафа выпало – то и надела. Выпали шортики – надела их. Выпал труп домогавшегося тренера – надела черное.
Гораздо сильнее страшит одиночество, от него хочется выть, свернувшись в клубок. Спрятаться от счастливого мира, который не можешь увидеть. От влюбленных и любимых, счастье которых никак не поймешь.
– Чего это Саша сразу займется лангустинами? Саша – гость!
– Зато Саша умеет разжигать мангал и понимает, когда мясо уже готово, а когда «ну все, пипец, готово».
Настя, Кристина говорила, ты готовишься к шоу. Что за номер? Или это секрет?
– Нет, номер очень простой. Лирический танец под «Faded» Алана Уокера.
– О, у меня ребенок одно время ее слушала по десять раз на повторе. Мы всей семьей чуть не повесились
Алекс еще не знает, и мне заранее страшно. Что он сделает, когда обо всем станет известно? И если я все же ошибаюсь, и, едва станет ясно, что к спонсорству Азаровой приложила руку я, он тут же выгонит ее на улицу? Смогу ли я найти
– Я каждый день, – говорит он, – ни разу не забыв, благодарю Бога, что у меня есть ты. Если бы тогда из больницы не вышли ни мама, ни ты, меня бы не существовало.
