объяснять безумие разумными причинами могут только безумцы.
2 Ұнайды
«Это начало… только начало, поверьте, почтеннейший Юрий Ильич… Вся Россия будет опорой ислама, мусульманской страной, светом мира правоверных… вы – лишние здесь, вы не нужны, и Аллах благословит вас уйти…»
1 Ұнайды
– Как путешествовалось, Юрий Ильич? – Улыбаясь этой прекрасной улыбкой, морщившей все лицо, Игорь Васильевич двумя руками потряс мою руку и немедленно усадил в кресло у журнального столика, сам сел напротив, а Сергей Иванович пристроился на краю кровати. Номер был полуприбран, как при смене постояльцев. На столик тут же водрузилась пепельница, и мы, как водится, закурили разом. – Довольны экскурсией?
– Ну, – замялся я, – сами понимаете… интересно, конечно…
– Я думаю! – немедленно перебил Игорь Васильевич. – Это ж надо: девяносто третий!
– Я сам всю жизнь мечтал, – вставил Сергей Иванович. – Как Гюго прочитал, так и возникло желание: обязательно девяносто третий. Некоторые хотят, например, две тысячи какой-нибудь, а я почему-то именно в этот самый девяносто третий – и все…
– Ну, нам не положено, – с легкой грустью заметил Игорь Васильевич, – это уж вам… Как говорится, и с профессиональной точки зрения. Думаю, у вас в институте многие хотели бы, да не могут. На полгодика-годик – пожалуйста, а чтобы сразу в другую пятилетку… Ну это же понятно: у вас способности… Если хотите знать, я уже двадцать лет вашими экспериментами интересуюсь, и вот даже Сергею говорил, не даст соврать: Юрий Ильич, говорю, из экстраполяторов самый в институте способный. Еще вы обычным экстраполятором работали, а я, как только в «Вестнике» ваш отчет прочту, так и говорю: обязательно надо бы Юрию Ильичу на пятилетку-другую рвануть! И руководству даже докладывал… Да ведь вы сами понимаете, Юрий Ильич, – времена были другие. Кто бы вас тогда на пятилетку вперед отпустил? Считалось – нецелесообразно…
Великие проповедники, сумевшие увлечь народ, несомненно, обладали великими же литературными дарованиями. Евангелисты не много сделали бы для распространения истины, открывшейся Христу, не будь они гениальными писателями. К сожалению, столь же часто, если не чаще, дар слова бывал отпущен и злодеям, и шарлатанам, и недальновидным, ограниченным глупцам, жаждущим общего блага. Последние бывали даже более опасны, чем заурядные негодяи, – наркотик тем более ужасен, чем естественней он включается в обмен веществ, особенно если и употребление его приятно.
Я представляю страну, которая всегда оказывалась в нужном месте и в нужный момент – для того, чтобы стать испытательной площадкой любого оружия человеческого самоистребления, от переформируемой религиозной ортодоксии до низведенной на уровень государственной практики идеи коммунизма.
люди никогда не объединяются в окруженной стражей толпе – наоборот, каждый пытается сохранить свою отдельность, особенность, рассчитывая, видимо, и на исключительное решение судьбы
Сортиры у нас были выдающиеся даже по отечественным меркам.
Где-то в стороне Масловки стучали очереди – похоже, что бил крупнокалиберный с бэтээра. Я вытащил из-под куртки транзистор и ненадолго – батарейки уже и так катастрофически сели – включил его. «Вчера в Кремле, – сказал диктор, – начал работу Первый Учредительный Съезд Российского Союза Демократических Партий
Игорь Васильевич высоко, до хруста, заломил мне руку за спину и несильным пинком вытолкнул меня в институтский коридор
такой поток серости идет сейчас в нашу отечественную литературу, такой поток!.. Ужас. А