фигня, которая не брала в расчет мое собственное мнение. Но ничего такого не происходило. Я не испытывала негодования, которое настигало меня каждый раз, когда какой-нибудь другой парень пытался так делать.
В итоге мне оставалось одно: смотреть на луну и вспоминать, как мы обсуждали его татуировки и как грустно он смотрел на меня тогда. Одинокий волк, выведенный чернилами на его руке, мог многое рассказать о своем носителе. Впервые в жизни мне захотелось унять его боль, разделить с ним это бремя, обнять его и заставить все плохое исчезнуть.
