После этого пришлось ещё двадцать минут ждать: сначала на расположенном за сценой экране крутили рекламу будущих концертов, потом какие-то парни ходили туда-сюда, видимо, налаживая аппаратуру, затем просто ничего не было – артисты то ли прихорашивались, то ли выжидали, когда публике станет невмоготу. Всё это время знакомые и незнакомые девчонки вокруг Наташи обсуждали репертуар Лало, диапазон Лало, костюм Лало, причёску Лало, фигуру Лало, глаза Лало, нос Лало, рот Лало и наглое поведение тех, кто позволяет себе бесцеременно говорить обо всём этом.
К экзамену готовилась.
– Я в курсе. Значит, тебе не рассказывали, что произошло в тот день?
– А что произошло? – В Наташином воображении уже рисовались фантастические картины прилёта инопланетян во время сходки клуба, мафиозных разборок, в которые оказались втянуты девчонки...
Детский сад!» – подумала Заева про Коробкову.
«Детский сад!» – подумала Коробкова про Заеву.
В спортзале, как всегда перед физкультурой, царил невообразимый шум. Мальчишки смеялась и били об пол волейбольным мячом, девчонки требовали оставить их в покое, физрук лениво покрикивал то на первых, то на вторых. Как только Наташа добралась до «девичьего угла» и опустила рюкзак, в «раздевалкозаменитель» влетел Димка Корженевский – самый высокий и отнюдь не самый застенчивый парень класса. Он шлёпнулся на лежащий на полу мат и нагло спросил:
– Ну что, девчонки, помочь кому-нибудь переодеться?
Девчонки что есть силы завизжали, хотя, в общем, все были в одежде: только Заева в последний момент подтянула недонадетые штаны.
– Пошёл отсюда!!! – заорали на Димона.
– Убирайся!!!
– Надоел!!!
– Дебил!!!
– Придурок!!!
– Как же ты всех нас бесишь!!!