От меня пахнет смертью. От моей черной вдовьей одежды и волос разит вонью смрадных газов, разлагающейся кожи и кишок, их пропитал сладкий мускусный запах гнили
Как будто здесь два разных дома: внутри блеск парчи и соревнующихся друг с другом обоев, стеклянные козочки и розовощекие дети, кушетки, перетянутые жаккардом, и приставные столики из тигрового клена, а снаружи все аскетично и уже начинает гнить.
Я не прошу, чтобы ты меня любила. Но жду хоть подобия уважения в моем собственном доме.
— Это и мой дом был когда-то, — говорю я, распахивая дверь. — А вишня уже забродила.
