Ромула охватил ужас от одного воспоминания о парфянских катафрактариях: идущие сейчас в атаку всадники в конических железных шлемах и чешуйчатых панцирях до колен, с длинными копьями в руках, как братья, походили на закрытых доспехами воинов, с такой жестокостью разметавших некогда легионы Красса.
