– Ты обожглась всего один раз. Это охренеть как больно, но ты сильная девочка, справишься. А я… я уже сгорел дотла. И я на хрен не феникс, чтобы восстать из пепла.
Если продолжишь гнаться за несуществующими идеалами, никогда не станешь счастливой. Ослабь вожжи, позволь себе просто жить и любить себя. И помни: ты прекрасна в своей неидеальности.
Ключ повернулся второй раз, и я уже собиралась сделать третий оборот, как за спиной раздался голос Зака, полный раздражения:
– Ты, мать твою, издеваешься? – слегка прикрикнул он – Нет, ты серьезно просто возьмешь и уйдешь?
Я не оборачивалась. Не хотела, чтобы он видел мои слезы, которые прочертили влажные дорожки по щекам и солеными каплями повисли на подбородке.
– Что тебе нужно?
– А ты как думаешь?
Я не хотела ни о чем думать. Только поскорее сбежать.
Я крепче сжала ключ, когда за спиной послышались быстрые шаги, а через секунду крепкие руки схватили меня за плечи и резко развернули.
– То, что ты слепая, я уже догадался. Но ты правда подумала, что я тоже слепой? – возмущенно спросил Зак. – Да ты, блин, запала на меня, Ти. Какого хрена ты устраиваешь этот дешевый спектакль?
Мое горло оцарапал судорожный всхлип. Я больше не сдерживалась. Какой в этом смысл, если он видел меня насквозь?
– Да. Запала, – хриплым шепотом ответила я. – Только это ничего не меняет. Нам пора все прекратить. Ты любишь другую, а я…
– Ну ты и дуреха. – Зак со стоном закатил глаза, а потом обхватил ладонями мое лицо и прижался к моим губам. Так трепетно и нежно, что я разревелась ему в рот. – Хватит плакать, Мотылек, – ласково прошептал он и начал короткими поцелуями собирать мои слезы со щек. – Я не люблю другую, глупышка.
– Но как же… В тот день ты поцеловал меня на глазах Кейси.
Зак отстранился.
– Так вот почему ты так поникла и притворилась, что помираешь от головной боли? Ты решила, что я пытаюсь вызвать ревность Кейси?
Зак прочел ответ в моих глазах. Он громко цокнул и нервно облизнул нижнюю губу, задержав язык на пирсинге.
– В тот день я поцеловал тебя только потому, что на все сто убедился в том, что больше ничего не чувствую к Кейси. Ни-че-го. – Он выделил интонацией каждый слог.
И что же будут подавать в качестве напитков? – спросил я у Тины. – Сливочное пиво? Это была просто шутка, но каково было мое удивление, когда на стол поставили кружки с пенным напитком