Откуда все эти мысли, эта четкая расстановка приоритетов, план действий? Ею словно кто-то руководил. Да, был бы жив Володя, он бы удивился, может, порадовался за нее. Оценил бы ее выбор. Все-таки Борисовы – самые близкие семейные друзья.
Татьяна постелила ей в комнате для гостей. Постельное белье было розового цвета и пахло мылом. Шторы комнаты были задвинуты, чтобы свет не мешал уснуть. А сна не было, не было! Когда у Володи были проблемы со сном, она сама учила его, как расслабляться. Вот каждую мышцу отпустить, чтобы она отдыхала. Женя легла на спину, расслабилась. Закрыла глаза. И словно закружилась на карусели – сон наконец укутал ее покоем…
Нотариус, неразговорчивый и неулыбчивый человек, приехал на новенькой BMW черного цвета. Худой, в сером костюме, похожий на большую костлявую птицу, он поднялся в дом, расположился в гостиной за столом, водрузил на него свой ноутбук. Разговор с ним был короткий. Он сразу понял, что от него требуется, вписал в шаблон данные паспортов, спросив на всякий случай, подала ли Женя заявление на вступление в наследство.
напугана, вы же знаете. Так что мне сказать ей о детях? С ними все в порядке?
– Вполне, – неуверенно проговорил Седов, – Теперь, когда у меня есть ее телефон, я сам ей все сообщу и даже дам ей возможность поговорить с малышами.
– Вот и здорово!
Своим визитом Вика как-то сразу дала ему понять, что уж она-то точно не причастна к покушению на детей, и они точно не у нее. Хотя, кто знает, может, это ее такой изощренный ход, чтобы выпасть из круга подозреваемых. И все равно, глядя на ее бледное лицо с большими темными глазами, влажными от близких слез, невозможно было представить себе ее с пистолетом в руках, палящей по детским кроваткам. Нет-нет, все это глупости.
Ну и главное, она принесла ему, что называется в клюве, номер телефона Жени!
– Скажите, Виктория, Женя никогда не рассказывала вам об Олеге Залетаеве?
– Думаю, вы уже спрашивали меня что-то в этом духе… Еще в самом начале… Но нет, Женя мне никогда о нем не рассказывала.
– А что могло связывать Залетаева с Болгарией?
– Тоже не могу сказать, не знаю.
– А сами вы кого-нибудь подозреваете?
– Только того, кто имел мощный мотив. То есть это кто-то из наследников, о которых мы ничего не знаем. Возможно, у Владимира были еще дети, может, он в молодости сделал кому-нибудь ребенка да и забыл. А если и не забыл, то уж точно ничего не стал рассказывать Жене. Зачем? Он был очень хорошим человеком, добрым и щедрым
Мика вернулась за свой столик, достала из кармана джинсов сложенный в несколько раз пакет, который прихватила с собой чтобы купить хлеба, и сунула туда рюкзак.
Но вы все равно проверьте, может, они и там. Я так понимаю, вы хотите встретиться с Женей, чтобы еще раз поговорить?
– У вас есть адрес?