ЗАКИПЕЛО — ЗНАЧИТ, СВАРИЛОСЬ
— Ну что, какие новости на сегодня? — едва переступив порог, Зиёд ака сразу накинулся с вопросом. — Все живы? Коз и баранов не угнали? Соседей не побили? Девиц никто не обманул?
В его голосе звучала явная шутка, но у Олима было не то настроение, чтобы смеяться.
— Парня одного машиной сбили, — буркнул он мрачно.
— Я же говорил, чего это ты сидишь, как корова, у которой молоко кончилось! Машиной сбили? И что? Пусть тамошние из дорожной службы разбираются!
— Я просто сообщил новость, — ответил Олим. — К моему настроению она отношения не имеет.
— А, понял… опять любовные переживания? — ухмыльнулся Зиёд ака. — Вот тебе дельный совет, запомни: ни одна девушка не стоит того, чтобы по ней сгорать. Представь себе самую уродливую, самую толстую женщину, и подумай, что через двадцать лет твоя нынешняя «любовь всей жизни» станет точно такой же. Проверено опытом! Думаешь, тёща моей жены родила её уже весом в сто восемь кило? Ничуть! Когда я женился, супруга весила сорок семь! Я-то знаю, сам её из машины на руках выносил. Тогда я даже волновался, «а вдруг не смогу откормить?»
Он как раз садился на своё место, когда зазвонил телефон.
— Да, товарищ начальник, это я… Сейчас подойду, я тут, на месте… Да, изучаем преступление, то самое ДТП… — торопливо говорил он, после чего повесил трубку и покосился на Олиму.
— Только что тебя спрашивали, — сказал тот с прежним тоном. — Я ответил: «Ещё не пришёл».
— Предатель! — взвился Зиёд-ака. — Что, язык не повернулся сказать, «вышел на минутку»?!
Он растерялся, огляделся по сторонам, будто искал подходящее орудие, чтобы размозжить Олиму голову. Но это ж отдел уголовного розыска — здесь и мухи без разрешения не летают, не то, что дубинки валяются.
Он взял у подчинённого лист бумаги, пробежал глазами и пробурчал:
— Ну всё, теперь осталось только найти помятую машину. Ты бы хоть раз сам догадался что-то разузнать, а не сидел, как студент на пересдаче.
Олим промолчал.
***
На проезжей части лежал труп, накрытый белой простынёй; одна нога выбилась наружу.
Чуть поодаль суетились «скорая помощь», следственная группа, сотрудники ГАИ. Большинство уже заканчивало свои дела, собирало вещи — скучающие, уставшие, без всякого интереса. К телу почти никто не подходил: всем надоело, будто привыкли к смерти.
Прокурор уже уехал. Когда двое санитаров подошли, чтобы забрать тело, Олим поспешил к ним.
— Подождите минутку, я хочу осмотреть место, — сказал он.
Белохалатные переглянулись, мол, «а ты ещё кто такой?»
— Уголовный розыск, — коротко представился Олим. — Это расследование поручено мне.
Санитары пожали плечами и отошли.
Со стороны их наблюдал лейтенант ГАИ, молодой, самоуверенный:
— Эй, Олим, ну чего ты? Пусть забирают труп, надо дорогу освободить!
— Пять минут, не больше, — ответил тот спокойно.
— Уже десять человек до этого всё обмерили, сфотографировали, начертили. Хочешь, дам схему, скопируешь!
Олим поднял на него взгляд:
— Это тебе не академия, чтобы списывать. Здесь так не работает. Где его вещи, что были при нём?
— Кто-то уже описывал, наверное, в отдел забрали…
