***
«Черт! Если отец заметит, что я снова без спроса удрал на ту вечеринку, мне конец!»: думал Алан, поднимаясь по пожарной лестнице.
«Хорошо, что я оставил, в своей комнате открытое окно и можно будет с легкостью проскочить домой. Если меня застукает отец, то заберет мой мотоцикл. Последнюю радость в жизни. В прошлый раз он грозился тем, что если снова будет какая-то выходка, то он сдаст его как металлолом. И зачем я послушал Бреда с его уговорами прийти к нему на вечеринку? Там и без меня веселья хватило. Сэм так перебрал, что теперь по всей квартире можно будет собрать пазл и узнать, что он ел последние дни. Удачно, что я вовремя вспомнил о времени и свалил оттуда. Но это полбеды. Мой шлем снова заклинило, и я не могу его снять. Главное, чтобы отец не увидел меня в таком виде. Как только я доберусь до плоскогубец, которые я оставил, кажется, где-то на столе (или быть может под ним?), то сразу же выберусь из заточения».
Но как только он сделал очередной шаг, то оступился на ступеньке и кубарем покатился вниз. Почувствовав жуткую боль на плече и ноге, юноша понял, что остался жив. Благодаря заклинившему шлему он чудом не сломал себе шею. Придя в себя от падения, Алан увидел удивительно красивые глаза с длинными ресницами, в которых читалась тревога. На мгновение юноша засомневался в своей целостности и подумал, что попал в рай.
— С тобой все хорошо? Ты цел? — услышал он обеспокоенный голос обладательницы глаз.
Вернувшаяся боль дала ему осознать, что все еще жив и это реальность.
— Вроде бы, — тихо ответил юноша и попытался встать, но ушибленные места сильно болели.
— Давай помогу, — сказала девушка и осторожно помогла ему сесть. — У тебя кровь на руке. Подожди немного.
Она скрылась в квартире и через мгновение вернулась с аптечкой.
— Все нормально, не стоит, — хотел воспротивиться Алан, но, увидев снова ее волшебные глаза, тут же замолчал.
