Мы обращаемся с устройством так, словно всецело властвуем над ним, вертим, как хотим, а оно служит нам денно и нощно, храня полную — и безраздельную — преданность. В то же время именно оно открывает перед нами огромный мир, и в этом мы целиком и полностью от него зависим, следуя, как на поводу, его рекомендациям, помноженным на силу внушения.
