Те события прошлого, которые было невозможно осмыслить и принять, она просто заперла в тёмный чулан памяти и редко-редко заходила проведать: как там они?
Почти никогда.
Мелкие-мелкие бусинки, бисеринки событий, быстро-быстро нанизанные на нитку дней, и есть сама жизнь. Белая бусинка, чёрная. Эта светится, а та, наоборот, потускнела… Целое ожерелье — не успеешь оглянуться.
Три картины представляли аллегорию жизни. В конце художник сжигает правую и левую. Чтобы видели только безлюдную дорогу в холмы и её, зовущую за собой и вот-вот готовую оглянуться… С каким выражением? Это знает только она сама.
А потом долго сидела на кровати, роняя слёзы, птицей Мамырой в перекошенном гнезде, глупо раскрыв кривой некрасивый клюв и свесив нелепые когтистые лапы…
