Посвящается всем тем, кто умеет создавать вокруг себя и в своей душе порядок
1 Ұнайды
— Больше всего, безусловно, я люблю японскую кухню — за простоту и лаконичность. Пустота белого риса, кусочек сырой рыбы со вкусом чистым, как горный ручей. Но также я люблю и фьюжн: смешивать разные стили, много специй. Новый соус — это новое звучание для любого продукта. Ведь какой смысл в искусстве, если не добавить в него чуточку хаоса?
Я не была дома с весны, не скучала, но теперь всё казалось чуть более заманчивым, чем прежде. Как когда на печёном яблоке застывает карамельная корочка и оно блестит подобно драгоценности, так и старые воспоминания стали вдруг слаще.
что произошло за последние пару месяцев, было слишком сложно. Время летело, друзья становились врагами, враги — друзьями, друзья умирали. Снова бесконечный цикл отчаяния — но мне нужно было что-то сказать.
— В моём мире происходят ужасные вещи. Прежде я о таком и не задумывалась.
— Ты жалела только себя. Бедняжка, страдающая от проклятия… хоть и не мучилась никогда по-настоящему. Скажи, неужели твоё детство не было счастливым? — Странно, но её голос звучал без упрёка. — Теперь тебя шокирует людская жестокость…
— Кая, разве мы не можем что-то для них сделать?
— Конечно, можем. И делаем. Люди должны подчиняться Порядку, законам, тогда и исчезнут страдания, лишения, жестокость. Смертные глупы и не понимают очевидного, но постепенно, цикл за циклом, мы приближаемся к цели. Когда мы полностью уничтожим Хаос, в обоих мирах настанет эпоха безграничной идиллии.
Её слова не казались правильными, но что я могла возразить старейшине, пережившей десятки поколений людей, понимающей сотни языков, видевшей столько мест в обоих мирах, что и не сосчитать. Небо над нами раскинулось мягким покрывалом, словно могло согреть и защитить от любых невзгод.
— Скажи, а небо — оно одно для всех миров?
— Да, Миюки, — грустно сказала Кая. — Когда видишь наверху солнце или луну, знай, что твои близкие видят то же самое, где бы ты их ни оставила — в любом из миров.
— Разве обязательно их оставлять?
— В моём мире происходят ужасные вещи. Прежде я о таком и не задумывалась.
— Ты жалела только себя. Бедняжка, страдающая от проклятия… хоть и не мучилась никогда по-настоящему. Скажи, неужели твоё детство не было счастливым? — Странно, но её голос звучал без упрёка. — Теперь тебя шокирует людская жестокость…
— Кая, разве мы не можем что-то для них сделать?
— Конечно, можем. И делаем. Люди должны подчиняться Порядку, законам, тогда и исчезнут страдания, лишения, жестокость. Смертные глупы и не понимают очевидного, но постепенно, цикл за циклом, мы приближаемся к цели. Когда мы полностью уничтожим Хаос, в обоих мирах настанет эпоха безграничной идиллии.
Мы отдышались, и Эол перешёл в наступление. Теперь он направлял в меня искрящиеся шары, а я отбивала их потоками воздуха.
— Это называется «электричество». Так искрится энергия. Вот тебе пример. Люди не должны были обладать этой властью, но подчинили себе её, а потом стали строить вещи, которые могут уничтожить их мир.
Но потом появились люди, которые решили всё испортить. Они вечно пытаются что-то сломать, уничтожить, стереть или создать новое… Но наш долг — охранять тот Порядок, что позволяет жить в согласии, без войн и страданий.
— Но разве что-то создавать — не смысл человеческой жизни?
— Нет, смысл в том, чтобы прожить её, ничего не испортив.
. Верховная жрица, старейшина, или кем там она была, вселяла почтение и невольный ужас. Такой, который осознаёшь, лишь когда хищник оставил тебя в покое. Глядишь в пасть тигру — в крови плещется кошмар, тигр теряет интерес — и ты не можешь подняться на ватных ногах, тело бьёт дрожь, зуб на зуб не попадает. Ты не веришь, что выжил.
Ко мне приближался силуэт, в котором я узнала Эола. В груди разлилось тепло: кто-то присматривает за мной, обучает, опекает. Непривычно. Приятно.
— Ну здравствуй, волчонок, — улыбнулся Эол. — Не ожидал встретить тебя в лесу. Что случилось с родной норой? Сожгла? Сровняла с землёй?
— Нет, а надо было? — Я усмехнулась.
— Многие так и делают, вырываясь из ненавистных мест.
— Я всего лишь сбежала. Как ты нашёл меня?
Эол обнял меня и поцеловал в висок.
— Слава богам, ты цела. Идём?