И чтобы эта маленькая непокорная бунтарка сидела у трона на коленях. У моих ног.
Не мыслила дёрнуться без моего приказа. И не смела больше отводить от меня взгляд, когда я смотрю ей в глаза. Если только ненадолго и от смущения, и чтобы её щёчки заливал при этом лёгкий розовый румянец. Потому что она вспоминала бы о том, что я — её король и господин — делал с ней прошлой ночью, и мечтала о том, что буду делать следующей…
