теперь это нечто простиралось далеко вдаль, а над нами висело нечто еще более огромное. Получалось, что память личностей – это огромный куб, только неправильной формы, словно колеблющийся, как желе, от вибрации. Итак. Муравей залез на небоскреб и увидел луну. Но не где-то там далеко, а рядом. При этом я отчетливо осознавал размеры этого шара непонятной субстанции, которая переливалась всеми цветами радуги.
