И бросает уже в проёме двери: — Мой агент свяжется с вами.
миллионера. Не более того. Я сняла свой душный пиджак, под которым у меня была простая
своего мужа…
— Да он убьёт тебя, когда узнает об этом! — кричу я, пытаясь разбудить этого придурка от его зомби-сна.
— Да ты ему больше не нужна, радуйся, что он сам тебе не завалил, — зло ощерившись, приближает он ко мне своё лицо, пытаясь впиться своими губами мне в шею, пока его руки уже начинают стягивать с меня мои домашние штанишки.
Я не одна, я не одна, я не одна, — вдруг начинает бить в набат у меня в голове одна-единственная мысль. У меня внутри, как крохотное зёрнышко, уже прорастает жизнь, и я чувствую её тонкое дыхание. И мне надо спасать её. И я не позволю никому обидеть её. Моё тело действует словно совершенно отдельно от моего мозга: я резко дёргаюсь, и руки Ивана рывком стягивают мои штаны до колен, но я уже хватаю за ручки кипящую на плите
кастрюлю и окатываю его с ног до головы.
Ошпаренный, ошарашенный и ослеплённый он отступает назад, матерясь и воя, а я уже нашариваю рукой на столешнице большой хлебный нож, которым я собралась защищаться до конца. Мне кажется, проходит вечность.
Иван поднимает на меня налитые кровью глаза, и я понимаю, что я только разозлила его.
— Убью, сука! — ревёт он, начиная наступать, пока я держу перед собой своё хлебное оружие. Но Ваня — не булочка с тмином, и я не уверена, что мне хватит духа проткнуть его. — Ты что, Динка, серьёзно собралась этим защититься от меня? — усмехается он, засовывая руку за пояс, и я холодею: он же работает на Сергея, а значит, у него должно быть с собой оружие. — Боюсь, у тебя яиц не хватит, точнее, у тебя их попросту нет, — достаёт пистолет из-за пояса. И нацеливается прямо мне в живот. — А сейчас, маленькая
которую я отдала ему полностью в распоряжение, помогает нам. И я вдруг понимаю, что как моя подруга правильно поступила: у меня есть деньги и хоть какой-то человек рядом. И я чувствую, что меня уже не так сильно пугает приближение мгновенно надвигающейся осенней ночи. Я буду всегда знать, что рядом со мной, за стенкой, бьётся ещё чьё-то горячее сердце.
— Ну ладно, ребята, дальше вы тут сами разберётесь, — покидает нас моя подруга, и мы с Камилем переглядываемся, как два малыша, которых мама ненадолго оставляет одних, уходя по делам. Хотя что за чушь! Мы оба — взрослые самостоятельные люди! По крайней мере я. А насчёт моего жильца у меня есть некоторые сомнения…
Ничего особенного, просто оттрахать тебя хорошенько. Чтобы ты орала… Ещё громче, чем в своей бывшей спальне, — бормочет он, хватая меня своими руками, и я пытаюсь отодвинуться от него, как-будто это может меня спасти.
Но по его мутному
слово. Аборт. Оно мне напоминает что-то окровавленно-склизкое, что лежит передо мной на тарелке. Выбор.
— Ну хорошо, время пока есть, — успокаивает меня Наташка. — Но лучше не затягивать.
— На что ты толкаешь меня? — спрашиваю я свою подругу.
— Всего лишь на спокойную жизнь без проблем, — пожимает она плечами. — Только подумай, ты в любом случае, скорее всего, не сможешь нормально воспитывать этого ребёнка: заберёт его у тебя твой муж или оставит тебе. В обоих случаях не айс, согласись?
— Не айс, — соглашаюсь я. У детей должны быть настоящие отцы. Или никакие. И передо мной всплывает его раздувшееся лицо. Кошмар моего детства. Моей маме точно нельзя было заводить ребёнка.
Я делаю знак рукой, и она послушно встаёт на колени, мягко расстёгивает мои штаны, и вот её тёплые умелые руки уже разворачивают ткань, чтобы прикоснуться к моему полувялому уставшему члену. Я закрываю глаза, чтобы не видеть её густой курчавый затылок, пока она натренированными губами и ловким язычком начинает оживлять меня, пока я, забывшись, не ощущаю только сплошное беспросветное желание, подогреваемое её профессиональными ласками. Ещё пара минут, и мой мозг взрывается, забыв на какое-то время обо всём, унося меня в тёплые воды Мексиканского залива
Ну как про что, про кровиночку! — затягиваясь, напоминает подруга. — Ты будешь делать аборт? Или отдашь своего ребёнка мужу, который явно с тобой собрался разводиться?
— Нет, не решила, — и я понимаю, что мне даже противно
Палку на ночь, Дина Романовна? Не желаете? Я это могу сделать даже лучше твоего мужа. Не веришь? — я вижу, как шевелятся его губы, и не могу поверить, что он осмелился говорить такое жене своего босса. Который может его уничтожить, стереть в пыль, размазать между пальцами в один миг. — Подумай хорошенько, пока я добрый, — подступает он ко мне ещё ближе, и я могу рассмотреть темноту и страх вонючей подворотни в его чёрных пустых глазах. — А могу и два раза. И три. Сколько ты хочешь? — с издёвкой продолжает
- Басты
- ⭐️Триллеры
- Бейби Лав
- В постели с тобой
- 📖Дәйексөздер