Чтение любого вновь найденного берестяного листа — это всегда соприкосновение с чудом. Прошли столетия, в которых жили, работали, мечтали, радовались, мучились и умирали люди, имена и мысли которых угасли вместе с ними. Их помнили дети, смутно припоминали внуки, а уже во времена правнуков память о них стиралась, казалось бы, бесследно, и никто на земле не знал и не мог знать о человеке, когда-то прожившем свою, подчас нелегкую, жизнь. И вот спустя века из небытия воскрешены эти люди, становятся известными их имена, звучит их речь, повествуя нам о наполнявших их заботах быстротекущего дня, и мы вступаем в непосредственный контакт с ними, становясь их новыми адресатами.
1 Ұнайды
кусочки янтаря, непригодные для ювелира. Такие кусочки ценились иконописцами: их варили с оливковым маслом для получения олифы, которой покрывали живопись
«Поклоняние от попа къ Грьциноу. Напиши ми шестокриленая ангела 2 на довоу икоунокоу, на верьхо деисусоу. И цьлоую тя. А богъ за мездою или ладивься» — «Поклон от попа к Гречину. Напиши мне двух шестокрылых ангелов на две иконки, на верх деисуса. И целую тебя. А бог вознаградит или как договоримся».
Распространение беглого письма прямо связано с распространением бумаги.
На Руси очень долго не существовало скорописи. Когда в XVI в. Иван Федоров изготовил свой первый печатный шрифт, образцом ему послужили распространенные тогда рукописные почерки. Еще в XVI в. писали буквами, которые мы назвали бы печатными.
Своим происхождением граффити обязаны скуке церковного обряда. Вместо того чтобы молиться, прихожане извлекали из кожаных чехлов свои «перья» и царапали стены. Порой надписи кажутся благочестивыми: «Господи, помоги рабу своему», но чаще мысли владельца писала были далеки от благочестия. Он оставлял деловые записи, подобные текстам на бересте. Так, на одном из столбов церкви Спаса-Нередицы нацарапано: «На Лукин день взяла проскурница пшеницю». Или рисовал картинки. Или повторял азбуку, особенно если ему было немного лет.
к концу XIII — первой половине XV в. относится эпоха расцвета «великой русской республики средневековья».
Оказалось, что грамотность в Новгороде неизменно процветала не только в домонгольское время, но и в ту эпоху, когда вся Русь переживала тяжкие последствия монгольского нашествия.
дендрохронологии. Название метода происходит от древнегреческих слов «дендра» — деревья и «хронос» — время и переводится как «определение времени по дереву».
В основу этого метода положено следующее наблюдение. Каждый год, отличаясь условиями погоды от предыдущего, всякий раз иначе влияет на развитие дерева. В неблагоприятное для роста дерева лето годичное кольцо прироста древесины бывает узким, в благоприятное лето оно оказывается широким. Поэтому на срезе дерева по годичным кольцам можно не только подсчитать его возраст, но и рассматривать этот срез как навсегда запечатленную картину движения климата из года в год на протяжении жизни дерева.
Во время раскопок древней Великой улицы Новгорода на ней было последовательно расчищено 28 ярусов сосновых мостовых, древнейший из которых относится к Х в., а самый поздний — к XV в. Если эти 500 лет разделить на 28, мы получим среднюю продолжительность существования одного яруса мостовой — 17–18 лет, что позволяет сделать приблизительный расчет.