Кітаптан алынған дәйексөздер Монетарная политика XXI века. Эволюция Федеральной резервной системы от Великой инфляции до пандемии COVID-19автор Бен Бернанке
так происходит всякий раз, когда инфляция превышает номинальные ставки. Как в конце 2021 года, когда инфляция ИПЦ превысила 6 %, а ставка
1 Ұнайды
В принципе, возможность банков зарабатывать проценты на своих резервах в ФРС должна была удержать ставку по фондам на нижнем пределе. Ведь, как мы уже говорили, зачем коммерческим банкам выдавать кредиты по ставке ниже, чем они могут заработать в ФРС. Но, по крайней мере, на первых порах, ставка по федеральным фондам часто опускалась намного ниже процентов по резервам. В чем заключалась проблема? Просто-напросто выплата процентов по резервам не распространялась на небанковских участников рынка федеральных фондов. И в первую очередь это спонсируемые государством ипотечные агентства, у которые, соответственно, появлялся стимул предоставлять дополнительные доступные им денежные средства по более низкой ставке[156].
, помимо роли кредитора последней инстанции для финансовых и нефинансовых компаний, ФРС стала выступать в роли покупателя последней инстанции для долговых обязательств по ипотекам.
Примерно в это же время ФРС начала испытывать проблемы с контролем над ставкой по федеральным фондам. Следуя своему традиционному подходу, мы управляли ставкой косвенно, изменяя количество банковских резервов. Однако, выполняя роль кредитора последней инстанции, Федеральный резерв вливал в финансовую систему сотни миллиардов долларов. По мере того как заемщики размещали средства, полученные по кредитам, в своих банках, а банки переводили их на счета ФРС, банковские резервы росли. При их большом количестве ставка по федеральным фондам – напомню, ставка, которую банки взимают друг с друга за привлечение резервов, – регулярно опускалась ниже целевого уровня в 2 %, установленного Комитетом ФРС. Одним словом, наша роль кредитора последней инстанции мешала денежно-кредитной политике
После первых признаков кризиса летом 2007 года мы сосредоточились на мерах, которые успокоят рынок. Таких как программы экстренного кредитования и соглашения о свопах с зарубежными центральными банками
Изначально программа TARP предполагалась как фонд, выкупающий у банков сомнительные активы. Но вскоре стало очевидно, что такой подход будет слишком сложным и займет много времени. К тому же он был бы недостаточно эффективным, учитывая огромное количество долговых обязательств во всей системе. Поэтому Полсон переориентировал программу. Теперь капитал вливался непосредственно в американские банки и другие финансовые институты – шаг, который помог восстановить платежеспособность финансовой системы и оказался наиболее существенным в борьбе с паникой. Средства TARP также использовались для спасения автомобильных компаний и помощи домовладельцам, задолжавшим по ипотеке больше стоимости жилья.
Беджгот советовал свободно выдавать кредиты на ранней стадии платежеспособным фирмам с хорошим залогом по «штрафной [процентной] ставке» – прием, известный сегодня как принцип Беджгота[141]
Секьюритизация – объединение различных видов кредитов в сложные ценные бумаги
В основе новой прозрачности лежат две причины. Первая заключается в том, что денежно-кредитная политика может быть более эффективной, когда участники финансовых рынков понимают ход мыслей ее разработчиков. В конце концов денежно-кредитная политика в значительной степени влияет на рыночную доходность и цены активов, и чем лучше сами рынки будут понимать цели комитетов по политической стратегии, тем эффективнее будут отражать их. Во-вторых, после Великой инфляции, считающейся, по крайней мере частично, результатом политического влияния на денежно-кредитную политику, ФРС и другие центральные банки стали меньше зависеть от краткосрочного политического давления. Но тут мы приходим к следующему вопросу. Если неизбираемые чиновники наделены правом принимать важные решения в области денежно-кредитной политики, от них будут ждать объяснений. И лучше всего эти самые объяснения могла предоставить подотчетность, то есть прозрачность.
Таким образом, чтобы кривая Филлипса должным образом объясняла новые данные, необходимо отличать инфляцию, вызванную кризисами предложения, от инфляции, вызванной кризисами спроса. И экономисты озадачились новой целью.