Мы с тобой изменились…

Стёрли ластиком белым

Всё, к чему так стремились.

И что теперь с этим делать?

Мы поменялись мыслями…

Словно из пистолета

Произведён был выстрел,

Ранивший наше лето.

Мы растеряли прошлое…

Забыли все наши привычки

И сожгли всё хорошее,

Чиркнув обиды спичку.

Мы потеряли друг друга…

Бушуют шторма в сердце.

Спасательного нет круга,

На что тут теперь надеяться?

Но!

Мы никогда не сдаëмся…

Сквозь тьму и холод зимы

Маленький лучик солнца

Вернёт нас обратно в «мы»…

Сценарий написан дрожащей рукой,

Зачеркнуты строки с тупым окончаньем,

Где вовсе не главным стал главный герой,

И где с героиней его ждет прощанье.

Сюжет так банален, незамысловат,

Навряд ли получит хоть дюйм номинаций.

Но это не важно. Ведь режиссёр рад,

Услышать всего лишь полтона оваций.

Он это кино снял не ради наград,

Не ради почетной звезды в Голливуде.

И в честь него вряд ли устроят парад,

Но долго судачить о нем будут люди.

Весь фильм это жизнь. В ней сценария нет.

Актеры с ошибками текст свой читают.

И пленки замыленных старых кассет

Пылятся на полках. Их не запускают.

Я пробовал сам написать новый фильм,

Я кипу бумаги извел понапрасну.

Но лишь три секунды попали в эфир.

«Дубль пятый. Снимаем. Мотор. Сцена «счастье»…

Я хочу наизнанку вывернуть

Весь этот мир без тебя.

И новую сказку выдумать,

Где только ты и я.

Где горы седыми вершинами

Вниз смотрят на поля,

И с желтопузыми нивами

Колосьев бескрайних поля.

Где нет ничего невозможного,

Где ярок солнца луч.

Простым всё становится сложное

И к каждой двери есть ключ.

Но волны ночного прибоя

Развеют мои мечты.

Я так хочу быть с тобою…

Скажи, а хочешь ли ты?

А ты вдруг решила, что я не такой,

Кем стать должен был в твоих мыслях.

Что я стал далёкий, уже не родной,

Смесь букв среди множества чисел.

Меня ты считать стала кем-то другим,

И сравнивать стала с другими.

Но я не они, я всегда был своим,

И мне наплевать, что там с ними.

Мне вовсе не важно, как там у людей,

Мой путь только мною начерчен.

И вся моя тьма среди ярких огней —

Лишь сумерки в пасмурный вечер.

Я тот, кто я есть. И меня поменять

Смогу только я, и не боле.

И если решила меня потерять —

Дерзай, ведь на то твоя воля.

А я, как и прежде, — слегка похуист,

И как бы меня не ломало, —

Я выпрямлюсь. Я не привык смотреть вниз.

Но вверх смотреть ты перестала…

Чем ты с