у нее был такой стилек, знаете, подпустить к себе человека очень близко, а потом внезапно щелкнуть по носу, показать, что он для нее пустое место, после этого опять
Арсеньев теребил сигарету, поглядывал на часы и думал о том, что заказать Кравцову и Бриттена по политическим соображениям могли десятки людей, а убить из ревности могли только трое.
