Так, различна доля лиц с психическими нарушениями среди разных видов сексуальных преступлений: их меньше среди лиц, обвиняемых в изнасиловании, и подавляющее большинство среди совершающих эксгибиционистские акты или надругательство над могилой. Чем «экзотичнее» состав сексуального преступления, тем вероятнее наличие у преступника психической аномалии, ее отражение в мотивации и реализации преступных действий.
вопросов, разработка которых могла послужить поводом для упрека в биологизаторстве, неоломброзианстве
Изучение общественно опасных действий душевнобольных и лиц с психическими аномалиями в отечественных исследованиях длительное время было исключительно прерогативой судебной психиатрии.
к прогнозированию возможных последствий своих действий. Значительное социальное расслоение, квартирный вопрос, незащищенность, неуверенность в будущем создают почву для развития невротических состояний, личностных дисгармоний, различных форм эскапизма, асоциального
Американская психиатрическая ассоциация (1960г.) определяет психопата как «личность, поведение которой преимущественно аморальное и антисоциальное, характеризующееся импульсивными, безответственными действиями, направленными на немедленное удовлетворение возникающих нарцистических интересов, без учета возможных последствий этих действий и без последующего чувства тревоги и вины»[89].
Глава II. Личность преступника с психическими аномалиями
1. Общая характеристика
Вопрос о личности преступника с психическими аномалиями давно привлекает внимание исследователей. Однако в подавляющем большинстве работ еще очень мало патопсихологических данных, а превалируют уголовно-правовые, социально-демографические и психопатологические их характеристики. С помощью подобных характеристик предпринимаются в основном попытки объяснить преступное поведение таких лиц, но объяснительные схемы обычно не выглядят убедительными как раз в силу явной недостаточности патопсихологической информации. Более того, некоторые объяснения страдают психиатризацией проблемы и даже биологизаторским подходом к ее решению. Типичными в этом плане следует признать, например, работы В. П. Емельянова, в которых отсутствует стремление проникнуть в психологию преступников с отклонениями в психике и детерминация их преступных действий сведена лишь к таким отклонениям.
Так, В. П. Емельянов пишет: «На практике неучет биологического фактора приводит к бесполезности воспитательных мероприятий в отношении психически неполноценных, совершивших преступления, поскольку шаблонными методами воспитательного воздействия пытаются исправить того, кто прежде всего нуждается в медицинском вмешательстве и чье поведение в значительной степени детерминировано аномалией психики»[85].
Изучение личности преступников с психическими аномалиями позволит установить удельный вес представителей отдельных нозологических групп среди них, связи между видами аномалий и видами преступного поведения, между возрастом правонарушителей и распространенностью, и видом патологии, влияние последней на занятость, наличие и уровень квалификации, семейное положение, рецидив преступлений и мелких правонарушений, совершение преступлений в группе и т. д. Однако, подобно тому как отсутствие специальности, семьи, постоянное употребление алкоголя и др. еще далеко не полностью объясняют причины совершения преступлений, так и учет психических аномалий еще не может дать удовлетворительный ответ на тот же вопрос. Дело не столько в том, чтобы учесть все эти факторы в комплексе. Из них нужно выделить и адекватно оценить тот, который играет системообразующую, ведущую роль. Сделать это без обращения к психологическим особенностям личности невозможно, а применительно к тем, у кого нарушена психика, всегда следует ориентироваться на те психологические черты, которые детерминированы этими нарушениями, в совокупности с теми, которые не затронуты ими.
В отечественной криминологии наиболее обстоятельно изучена личность психопатов и алкоголиков, несколько хуже – тех, у которых выявлены остаточные явления травм черепа, органические заболевания центральной нервной системы, а также олигофренов в степени дебильности. Это не случайно, поскольку именно они составляют основную массу преступников с психическими аномалиями. Представителей других нозологических единиц значительно меньше.
Особенно «повезло» психопатиям, криминологические аспекты ко
Поэтому нам представляется обоснованной точка зрения Е. А. Попова, что отождествление психопатов и преступников совершенно недопустимо, так как преступное поведение психопатических личностей является следствием не психических аномалий, а социально-психологических, точнее, антисоциальных установок личности. Социальная установка личности может быть положительной или отрицательной при одних и тех же особенностях характера, и сама по себе установка не может служить основанием для оценки личности как психопатической или непсихопатической[90]
Психопатии отграничиваются на основании трех важнейших, обоснованных П. Б. Ганнушкиным критериев: выраженность патологических черт личности до степени, нарушающей адаптацию; тотальность психопатических особенностей, определяющих весь психический облик индивида; их относительная стабильность, малая обратимость
По мнению О. В. Кербикова, под психопатиями следует понимать «патологические состояния, характеризующиеся дисгармоничностью психики, связанной главным образом с нарушениями в области эмоционально-волевой при относительной интактности интеллекта
. Н. Кудрявцев пишет: «Реагируя на сложившуюся ситуацию, человек действует в соответствии с особенностями своего характера и взглядов. Именно здесь лежит узловой механизм совершения конкретного преступления. Непосредственным источником волевого акта, а следовательно, и самого преступления является взаимодействие конкретной жизненной ситуации и свойств личности. Человек поступает в соответствии со своим представлением о ситуации, с ее субъективным значением»[