Оглавление

От автора. Стоит ли это читать?

Сильные стороны работы: Сюжет, повороты которого невозможно предсказать, живые персонажи и диалоги.

Слабые стороны работы: Малое количество описаний и юмора.

Эта история о пяти абсолютно разных персонажах с разным мировоззрением, характером и историей. Среди них есть как хорошие люди, добрые и чуткие, так и плохие, жестокие и аморальные. Автор хотел бы обратить ваше внимание на то, что каждый из персонажей смотрит на мир под определённым углом и может ошибаться, выдавая своё мнение за объективную истину.

Автор может не соглашаться с выраженным мнением своих персонажей и не вставать на их позицию.

Пролог (1)

Комментарий к Пролог (1)

Пояснение по терминам:

1) Юве — особенный магический предмет, изготавливаемый магами каждый год с момента образования Ордена Магов. У каждого Юве разные функции.

2) Зубрион — самостоятельное королевство со своим королём во главе. Известно также как Северное королевство. Всего четыре королевства.

3) Давейт — столица Зубриона. Один из самых больших и густозаселённых городов.

4) Глаорус — самостоятельное королевство со своим королём во главе. Известно также как Западное королевство.

Ну и остальные королевства, раз уж на то пошло, хоть они тут вроде не упоминаются.

5) Шоклент — самостоятельное королевство со своим королём во главе. Известно также как Южное королевство.

6) Ворн — самостоятельное королевство со своим королём во главе. Известно также как Восточное королевство.

7) Лири и швексы — общая валюта. Одна лирь равна ста швексам.

8) Хытычапок — название редкого яда.

9) Онск — западный город Северного королевства (не путать с Омском, там всё не настолько плохо).

10) Владелец — так называют владельцев Юве. Чаще всего представляют огромную ценность в бою, некоторые же и вовсе способны в одиночку крушить целые армии, впрочем последнее до сих пор ставится под сомнение.

11) Дёр — бог обмана, убийств, предательств и прочих злодеяний. Его существование в мире под вопросом.

217 год от образования Ордена магов. 3 месяц тепла. 28 день

Персонаж: Эдрик Светлый. 27 лет. Король Зубриона

Юве: Чаша изменения реальности

Местность: Зубрион. Давейт

В столице Северного королевства — величественном городом Давейте — среди люда царила нервная атмосфера. В связи с проведением ежегодного совета правителей, жители этого города начали вести себя совершенно по-разному. Молодое поколение с упоением и счастливым воодушевлением ждало прибытия гостей из трёх королевств. После военного конфликта двадцатилетней давности, который произошёл в другом городе Зубриона — Онске, ежегодный совет не проводился на Севере, и поэтому для многих это событие станет первым знакомством с «другими» людьми.

Дети и младенцы всегда радовались чему-то новому, для них прибытие иноземцев означало новые знакомства, игры и развлечения. Для подростков и молодых парней такая встреча представляла собой новые перспективы, а также обсуждение и сравнения культур разных держав. «Где налоги выше, на севере или на юге?», «У вас, как и у нас, постоянно холодно? Или у вас не все ходят в тёплой одежде?», «А ваш король Кристоф Сидрый тоже постоянно забирает себе наши богатства для непонятных целей?» — на эти и на многие другие подобные вопросы планировал получить ответ молодой люд Зубриона.

Купцы, а также торговцы на разный лад ещё за месяц до начала совета начали закупать товары и прочую снедь, цена которой даже не достигала одного швекса. Подобное барахло можно было «втюхать» гостям из тёплых краёв вдесятеро дороже. Ещё издавна жители королевства, где решено было проводить ежегодный совет, осознали, что на прибывших иноземцах можно хорошо нажиться.

Люд же постарше, чей заработок не находился в зависимости от торговли или же других сфер, доход коих не зависел от числа людей из иных королевств, отнеслись к ежегодному совету с опаской и подозрением. Многие прекрасно помнили, чем завершился совет в 197 году от образования Ордена Магов. Тогда Крэг Светлый сразу же после совета взял большую часть армии, нескольких Владельцев и повёл их войной на Глаорус, Западное королевство. Восток и Юг вступились за Запад и совместными усилиями сокрушили Крэга, а его наследник — Гарольд — сразу же после вступления во власть признал поражение Зубриона. В результате непродолжительной войны Северное королевство потеряло десяток деревень, город Устье и множество невинных человеческих жизней.

Текущий же правитель Севера — Эдрик Светлый, пришедший к власти после трагического несчастного случая с Гарольдом, который, по мнению многих, не был случайностью, не славился своими добрыми деяниям. Даже наоборот, был знаменит тем, что регулярно убивал неугодных для него людей. Разумеется, никто во всеуслышание об этом не болтал, поскольку чрезмерно разговорчивых больше никто не видел, но все жители обо всём знали и без сплетен.

Таким образом, жители Давейта по-разному отнеслись к ежегодному совету. Кто-то старался украсить свою лавку яркими красками для того, чтобы привлечь иноземных посетителей, а кто-то, наоборот, старался сделать своё жилище и место работы более невзрачными и незаметными. Некие же особо осторожные личности и вовсе уходили из города, чисто на всякий случай.

Повод для таких радикальных действий действительно был. Если бы жители не только догадывались, но ещё и точно знали, что конкретно планировал провернуть правитель Зубриона на этом совете, то в день собрания глав королевств Давейт был бы практически пуст.

Однако ничего кроме догадок у людей не было. Некоторые решили рискнуть и обогатится за счёт иноземцев, другие же решили покинуть «Сердце Севера», а Эдрик Светлый собирался сотворить нечто глобальное — то, что должно будет привести либо к развязке новой кровопролитной войны, либо к его мировому господству.

Король Севера стоял в переулке возле дворца и ждал. Он был одет в тёмное рваное пальто, купленное за одну лирь и семь швексов в соседней лавке, и коричневые штаны, купленные там же. Продавец был уже достаточно пьян, поэтому не признал правителя, а значит, и болтать о странных покупках монарха не будет, что полностью устраивало Эдрика Светлого.

Король довольно трепетно относился к своему внешнему виду, однако он прекрасно осознавал, что сейчас ему необходима скрытность, а не величественность. Приметной внешностью правитель Зубриона не обладал. Для местности, в которой он правил, его обличие было вполне себе типичным — высокорослый мужчина двадцати семи лет, худощавого телосложения и с редкими волнистыми волосами тёмно-коричневого цвета. Честные, приветливые глаза с доверительным взглядом украшали его овальное лицо. При первой встрече с таким человеком можно предположить, что он является добрым и бескорыстным, и лишь только потом, при более плотном знакомстве, раскрывается вся сущность чёрной душонки Эдрика Светлого. Ничто во внешнем виде правителя Севера не выдавало человека, который приступил к исполнению своего плана по захвату мира.

Третий месяц тепла. Двадцать восьмой день. День, когда в Давейте собрались три короля и одна королева для обсуждения важных вопросов. Король Зубриона Эдрик Светлый был сейчас не с остальными правителями, а в одном из тёмных переулков, который прекрасно подходил для приготовлений к злодейскому плану.

Ждать монарх не любил от слова совсем. Он считал себя самым могущественным человеком на этой земле, поэтому трата времени на других людей воспринималась им крайне негативно. В дурном настроении он попросту убивал тех, кто заставлял его ожидать более пяти минут. Человек, которого уже долгое время высматривал Эдрик, стоя у заднего края лавки, был его близким другом, главой рода Блэквудов, а звали его Инн Блэквуд, и именно от его действий зависел успех плана правителя Севера. А так как подчиняться Эдрик Светлый не любил больше, чем ждать, то он продолжал стоять и выискивать глазами Инна.

Наконец в дальнем конце уходящей за поворот дороги из брусчатки появился человек. Эдрик сразу же встрепенулся. Именно его-то он и ждал. Человек издалека помахал своим оружием — Глефой с лезвиями на обоих концах, а затем пропал. Через мгновение он оказался в пяти метрах от Эдрика, затем снова пропал, и вот он уже стоял перед правителем.

— У тебя есть достойная причина для опоздания? — высокомерно обратился Эдрик к своему приближённому.

— Да, именно так, — Инн Блэквуд убрал Глефу в специальные ножны на спине, которые позволяли ему без особых проблем вытаскивать длинное оружие через бок даже своими короткими руками.

Мужчина встал напротив правителя Севера.

— Наш отравитель что-то заподозрил. Пришлось устранить и замести следы, — спокойно объяснился он.

— Понятно. Ты всё сделал правильно. В таких делах нельзя перестараться, — Эдрик кивнул. Его устроила причина, по которой Инн задержался. — Проблем в связи с этим не будет? План тот же?

— Верно. Он выполнил свою часть работы, а я выполнил свою. Всё должно пройти хорошо. Держи, — Инн протянул королю небольшую синюю колбочку с бесцветной жидкостью.

Эдрик принял её, открыл и понюхал её содержимое.

— Без запаха… отлично… Это халва мертвецов? — поинтересовался он.

— Лучше. Хытычапок. Если что-то пойдёт не так, то никто ничего не докажет.

— Хорошо. Но если что-то пойдёт не так, то вряд ли кто-то станет чего-то доказывать. Пойдёшь со мной?

— Нет. У меня Юве, забыл? Ты же знаешь, с ними туда не пройти.

— Глефа телепортации? — поинтересовался Эдрик, кивнув на оружие в ножнах Инна.

— Она самая. Я её ещё никому, кроме тебя, не показывал. Будет моей фишкой в этом побоище. Это Юве маги сделали пятнадцать лет назад и вручили моему отцу, а тот завещал передавать её по мужской линии. Я уже с ней попрактиковался. Всё, что она может, это телепортировать владельца. Плюс есть набор ограничивающих правил. Она может казаться довольно слабой для боевого Юве, но на самом деле это не так, она на уровне с остальными, уж поверь мне. Я даже решил, что меня вполне устроит и она, так что я отказался от поисков Хамелеона и Игни на Западе. По крайней мере, без неё я драться точно не буду, так что тебе придётся идти одному… Да и наличие второго человека от Зубриона сделает правителей более подозрительными, а это нам вообще ни к чему. Предлагаю держаться плана.

— И всё же, ты мне нужен там, — Эдрик нахмурился. — Если план провалится, нам придётся убить всех иноземцев в округе. У меня наготове около шести отрядов, но там всего два Владельца Юве, остальных вмешивать было опасно. И я не знаю, сколько воинов взяли Арианна с Кристофом. Если столько же, сколько и Миура, то в честном бою мои бойцы проиграют. Плюс Владельцы. С тобой их будет три, а я сильно сомневаюсь, что враги взяли меньше трёх.

— Владельцы так высоко ценятся как раз благодаря своему владению Юве, но ещё никто не проносил его на ежегодный совет, и у меня тоже не выйдет. Я буду неподалёку. Эта Глефа телепортации переносит меня практически без задержки. Если начнётся рубилово, на Камень правды всем будет всё равно, так что я сразу же направлюсь к тебе. Придерживаемся плана. Ты их травишь, мы их рубим. В первое время тревога подняться не должна.

— Хорошо, — не без колебаний Эдрик принял решение.

На совете он надеялся на подстраховку Блэквуда, так что сейчас чувствовал себя не так уверенно, но доводы у мужчины были хорошими.

— Что по информации о правителях? — спросил Эдрик.

— Ровно в три часа ночи наш человек с Востока с помощью Юве свяжется с Кристофом. Там будет лже-провокация, и я уверен на все сто процентов, что Кристоф должен будет обсудить это с правительницей Ворна — Арианной. Они будут долго собачиться наедине, им же только толчок нужен, ты знаешь. Хорошо, если до драки не дойдёт. С Миурой сложнее, в три ноль пять мой стражник зайдёт через восточное крыло и организует внеплановую проверку на наличие Юве. Поводом будет инцидент с Кристофом. Я попросил его делать всё как можно медленнее, но Миура всегда был довольно проницательным, так что на всё про всё у тебя будет минут…

Инн на секунду задумался.

— … семь. Может, больше, конечно, но рисковать нельзя. Семи минут должно с избытком хватить. Примерно в три одиннадцать ты должен уже подбросить яд во все бутылки. По плану мы начинаем уничтожать врагов в четыре часа ночи. Так что если у тебя что-то не выйдет, у тебя есть сорок минут до развязывания войны, чтобы дать нам знак. Подойди к самому большому окну главного зала и секунд десять смотри вниз. Так мы поймём, что всё прошло по плану. Если до трёх пятидесяти пяти знака не будет, я буду считать, что тебя раскрыли, и всё отменяю. Это всё. Как я и говорил, моя часть работы выполнена.

— Хорошо, я понял. Отлично сработано. После нашего успеха я сделаю Блэквудов наследниками трона. Да прибудет с нами Дёр, — Эдрик убрал бутылочку с ядом в карман, и, не оборачиваясь, направился в сторону своего дома.

В своих покоях он переоделся в подобающий вид: надел синий меховой плащ с белыми утеплёнными штанами. На улице было тепло, но традиция требовала, чтобы правитель Северного королевства на совет приходил именно в этой одежде. Эдрик хоть и плевать хотел на глупые традиции, оделся как подобает, ему совершенно ни к чему привлекать к себе внимание своим поведением. Если всё получится как надо, уже через двадцать четыре часа ему больше никогда не понадобится делать то, чего ему делать не хочется. А вот всем остальным как раз придётся подстраиваться под его желания.

По прибытии во дворец его, как и требовали правила, встретила стража.

— Приветствуем вас, король Зубриона Эдрик Светлый, — с абсолютно непроницаемым лицом поздоровался чернокожий стражник. — Не могли бы вы коснуться данного камня?

Второй стражник указал рукой на стол, на котором лежал Камень правды.

Камень правды — единственное приспособление, способное отследить принадлежавшее человеку Юве. Принцип его работы для всех людей, не связанных с Орденом магов, был неизвестен. Первоначальный план Эдрика состоял в том, что ему удастся каким-нибудь образом обмануть данным Камень и пронести на совет свою Чашу изменения реальности. Ну а там уже дело техники. С помощью Юве поменять содержимое бокалов остальных правителей на яд или пробить под ними пол и поставить колья на нижних этажах. Способов было множество. Юве открывали перед его владельцем невероятные возможности.

Вот только для того чтобы пронести Чашу на совет, нужно было обмануть Камень правды или двух стражников с Юга и Запада. Эдрик с помощью третьего лица даже пытался подкупить стражников, но безуспешно — все, кто участвовал в передачи денег, были убиты. Люди, хоть как-то были связанные с магами, всегда были неподкупны.

После провала с дачей взятки Эдрик принялся искать информацию о Камне правды, который при касании выдаёт местоположение Юве и любого оружия. Светлый искал информацию о том, как его обхитрить или хотя бы избавиться и уничтожить. Но полученные сведения от торговцев информации не дали и малейшей надежды на реализацию плана по обману Камня. Его нельзя было уничтожить даже взрывом от бомб Жагера, который уничтожал практически всё. И также на него нельзя повлиять другим Юве, Камень обладал своеобразной неуязвимостью к любым эффектам, кроме человеческого касания, а вероятные способы обхода системы ушли в могилу вместе с создателем этого камня — Весельчаком.

Таким образом, от плана пришлось отказаться. И тогда Эдрик придумал новую схему — подлить всем участникам обычный яд, ведь отравляющую жидкость Камень правды за оружие не считал. Для этого тоже требовались особые приготовления: необходимо было учитывать множество всяких непредсказуемых вариантов развития событий, получить информацию о привычках и вкусе правителей, пронести сам яд да и найти время, чтобы его подбросить.

Проблемы в этом плане были. Но их можно было решить. В мире, в котором существуют такие могущественные оружия, как Юве, все позабыли об обычных способах скрытного убийства. И слава Дёру.

Эдрик Светлый положил руку на Камень и принялся ждать результатов. Как стражники узнавали сведения от Камня, он так и не понял.

— Чаша изменений реальности. Город — Давейт. Сейф в особняке Блэквудов. Всё верно? — поинтересовался чернокожий стражник.

— Да. Всё так.

— Перемещаться в ближайшие пять часов не будет? Напоминаю, в случае если Юве покинет своё местоположение, совет будет немедленно прекращён.

— Не будет. Все пять часов она будет лежать там, где лежит.

— Хорошо. Проходите.

Пролог (2)

Эдрик Светлый прошёл через пост стражников и поднялся по лестнице на второй этаж. Яд, спрятанный в ботинке, немного мешал при ходьбе, но вынимать его пока было рано. До трёх часов было ещё сто двадцать минут. Времени было достаточно.

На втором этаже Эдрик Светлый столкнулся с Миурой, правителем Южного королевства.

— А вы не торопились, Эдрик, — чернокожий высокий человек в странной шапке с искусственными (или настоящими) фруктами повернулся к правителю Севера. — Что-то не так?

— Задержался. Решал конфликты между гостями с Востока и Запада. — Эдрик постарался улыбнуться, хотя в душе мечтал засунуть яд в глотку этому мужчине.

На прошлом ежегодном совете Миура посмел угрожать ему войной. Ему! Войной! Так что Эдрик планировал сохранить труп чёрного южанина, как следует осквернить и отправить в Шоклент в назидание всем осмелившимся пойти против него.

— Знакомо, — Миура, по-видимому, решил забыть прошлый конфликт и тоже улыбнулся. — Позапрошлый совет… Эти ребята чуть полкоролевства не взорвали. Кристоф с Арианной вон ничуть не лучше, пока вас ждали, успели раза три пособачиться. Сейчас вон вновь делят территорию… Пойдёмте наверх. Надеюсь, ваше появление сможет отвлечь их от вечной грызни.

На пятом этаже дворца правителя Севера происходило очередное сражение за деревню Лабиринт и прилегающую к ней территорию. Нет, сражение было не военное, в 100 году от создания Ордена магов, после шестого сражения между Востоком и Западом за эту деревню, тогдашние правители Шоклента и Зубриона заключили между собой договор о военном объединении против инициатора очередной войны за данные территории. После этого Ворн и Глаорус наконец немного успокоились и не доводили дело до военной конфронтации. Но споры о принадлежности Лабиринта шли до сих пор.

Поднявшись на пятый этаж, первое, что услышал Эдрик, это реплика Арианны, которая была очередной нитью словесного сражения между людьми Востока и Запада.

— Не забывай, Лабиринт построен на реке Имь, чьё исток и устье находится на нашей территории.

— Так я и не отрицаю! — громко возразил Кристоф. — Деревня и лес принадлежали вам, пока вы не откупились от нас после военного конфликта 57 года от Золотого Переворота, вы…

— Но маги признали итоги этой войны незаконными, а все захваты…

— Но магия появились только после войны, а значит, они не могли решать, кому и что должно вернуться, правильно?

Аргументы у жителей Востока и Запада никогда не менялись: река, ресурсы, история, маги, запреты, захваты, вода, мнения проживающих людей. Казалось, за сотню лет тема для спора должна была сама себя изжить, но нет. Люди продолжали упорно спорить, кому на самом деле принадлежит деревня Лабиринт. И дело ведь не в самой территории или жителях. До того, как маги создали свой орден и кто-то нашёл в окрестностях источник золота, с помощью которого те могли создавать Юве, всем было плевать, чья эта деревня и что там вообще происходит. Но потом магам понадобилось золото. А в окрестностях Лабиринта золото было.

— Так! Прошу внимания! — громко сказанная реплика Миуры отвлекла правителей от спора, который те вели прямо у лестницы. — Наше собрание изволил посетить король Зубриона — Эдрик Светлый. Теперь мы наконец можем начать совет.

— Наконец-то, — Кристоф Сидрый отвернулся от Арианны. — Чего так долго?

— Дела, — Эдрик сказал тому то же самое, что и Миуре. — Ваши опять с людьми с Ворна поцапались?

— Да Дёр их возьми! Я же просил их не отвечать на провокации! — разозлённый Кристоф обернулся к королеве Восточного королевства. — Арианна! Что вы сказали своим людям?! Мы же договорились, в этом году без конфликтов!

— Что я сказала? — сделав упор голосом на «я», возмутилась Арианна. — Это что вы сказали?! Мои люди получили приказ не вступать с вами вообще ни в какие контакты!

— Ну всё, хватит, — остановил перебранку Миура Флойн. — Кончайте вашу бесконечную ругань, давайте сядем за стол и нормально всё обсудим. У нас много тем для обсуждения.

— Да, я знаю. Золото, валюта, Юве, ещё эти дикари в лесу. Ладно, вы правы, споры могут подождать, — напоследок метнув злобный взгляд на Арианну, сказал Кристоф и первым отправился в главный зал пятого этажа.

Главный зал был оформлен под стать гостям. Огромные окна были украшены различными красочными узорами из снега, который специально хранился в местах с минусовой температурой. На стенах крепились подсвечники с горящими свечами, но свет в зале происходил не от них. Огромные жёлтые шары, висящие в воздухе, освещали каждый уголок помещения.

В центре зала стоял большой стол с яствами на различный вкус. Чего на нём только не было… На столе лежали как сладкие блюда: шоколад, мёд, конфеты, мармелад, леденцы, так и острые — баранина, вся покрытая порезанным красным перцем, а также макароны с перцем чили. Были и менее яркие блюда: гречка, белый хлеб, финики, немного рыбы, а также многое другое. С напитками было скудно: огромный кувшин с водой и три бутылки вина. Так было сделано специально. Будь выбор напитков так же огромен, как и выбор блюд, Эдрику бы попросту не хватило яда или времени на то, чтобы всё отравить.

За Кристофом к столу последовали и остальные правители. Наконец уселись все участники совета.

— Я, Эдрик Светлый, король Зубриона, объявляю ежегодный совет открытым… — как глава королевства, чья территория является место проведения совета, начал Эдрик. — Итак, с чего начнём?

— Предлагаю обсудить вопрос валюты, — предложила Арианна.

На еду она не обращала никакого внимания. Идея, которой она собиралась поделиться, не давала ей отвлекаться на приём пищи.

— А что с ней не так? — спросил Миура, накладывая себе в тарелку кусок барашка. — У нас всего хватает.

— А у нас нет. В этом году мне не хватило сотен тысяч лирей для уплаты всех обязательств. Маги нам дали слишком мало.

— Валюта выдаётся магами в размере от вклада королевства. То, что вам дали слишком мало валюты, означает, что вы слишком мало добыли для них золота, — заметил Кристоф.

— Конечно, ведь вы у нас отобрали Лабиринт, и мы не можем там добывать золото! — огрызнулась Арианна.

— Так, давайте не превращать совет в споры между друг другом. Хотя бы с самого начала давайте забудем о разногласиях, — вмешался Миура, который сегодня был настроен довольно миролюбиво. — Итак, Арианна Натц, как вы предлагаете решить эту проблему?

— Я предлагаю полностью поменять денежную систему. Эмиссия денег должна принадлежать нам. Маги вообще слишком много на себя берут. Именно они решают, кто и сколько всего заслужил. Они производят Юве, дают нам деньги, контролируют безопасность ежегодных советов. Вам не кажется, что для тех, кого мы даже отследить не можем, они решают слишком многое? Почему бы нам самим не начать решать проблемы? Нет, я не собираюсь предлагать уничтожение всех Юве, достаточно хотя бы заменить лири и швексы на другую валюту, свою собственную. Из того же золота, например.

На обсуждения этого вопроса Совет из четырёх правителей потратил час. За это время была выпита вся вода и одна бутылка вина (о ней позаботилась Арианна практически в одиночку), Миура же съел всего барашка. Предложение Арианны было слишком революционным, и Кристоф с Миурой не согласились на такие радикальные перемены, а вот Эдрик встал на сторону правительницы Востока. Ему не хотелось, чтобы маги мешали ему править миром, когда он уничтожит всю власть других королевств. И он уже давно искал способ, как подорвать влияние магов. А тут правительница Ворна высказала достаточно интересную мысль. Если бы не сегодняшний план, Эдрик бы, наверное, попробовал переманить Арианну на свою сторону. Но сейчас уже в любом случае было слишком поздно.

— Так как голоса разделились, никакие новшества внесены не будут, — объявил Эдрик. — У кого есть тема для нового обсуждения?

— Как насчёт Юве? — предложил Кристоф.

— А что с ними? — как и в прошлый раз спросил Миура.

— Нам бы не помешал Жагер. В мирных целях, разумеется. В шахтах мы наткнулись на неизвестный металл, он слишком твёрдый. Как мы его не били, он не ломался. Вот мы подумали, что неплохо было бы нам получить Жагер, чтобы ускорить работы.

— Мы Жагер не отдадим, можете забыть о своём плане, — бескомпромиссно заявила Арианна.

— Так я не предлагаю безвозмездную отдачу. Я предлагаю временный обмен на… скажем, месяц. Три к одному. Вуду, Бумеранг и Контроль Земли. Что думаете?

— Три безделушки на оружие, которое может уничтожать армии? Нет уж, ищите дураков.

Кристоф выглядел оскорблённым этой репликой, и, вероятно, раздумывал над грубым ответом, так что Миура поспешил вмешаться.

— У нас есть Пробитие. Не знаю, сможет ли красный луч справиться с вашей проблемой, но я могу дать вам его проверить. Предложил бы Перчатку Телекинеза, но её владелец куда-то пропал.

— Нет, этот металл ничего не берёт, мы сами много чего пытались. Если его что-то и пробьёт, то только Жагер.

— Жагер не дам, — напомнила Арианна.

— Да всё равно, если очень надо будет, я сам заберу, — не выдержал Кристоф.

— Итак, переходим к следующей теме, — Миура прилагал все усилия, чтобы правители Востока и Запада не переругались. — Дикари. Раньше они сидели в своём лесу и никого не трогали, сейчас же повадились совершать набеги на места скопления людей. Они грабят магазины, поля, мастерские, в общем всё, что находится рядом с лесом. Надо что-то с этим делать.

— У нас тоже с ними проблема, — подал голос Кристоф. — У нас они уводят женщин. Но было всего два инцидента.

— У нас тоже, — с явным недовольством произнесла Арианна. — Только искали они еду и оружие. Эдрик?

— У нас чисто, — Эдрик пожал плечами.

Не говорить же остальным, что после первого нападения он устроил геноцид и уничтожил всех дикарей вместе с жителями окраин.

— Вероятно, холод они не особо любят. Предлагаю вот что…

Эдрик улучил момент и бросил взгляд на часы. Они показывали два пятьдесят пять. Следующие пять минут король Севера только делал вид, что слушал, о чём говорят остальные, а на самом деле репетировал у себя в голове свои дальнейшие действия.

Ровно в три часа ночи, как и обговаривалось с Инном, между Кристофом и Миурой появилась призрачная фиолетовая труба, из которой раздался мужской голос.

— Кристоф Сидрый, извините, пожалуйста, за беспокойство. Дело срочной важности и не требует отлагательств.

— Что это? — Арианна уставилась на фиолетовую трубу.

— Это Юве. Телефон, — объяснил Кристоф. — И нет, опережая ваши вопросы, он не мой. С магическими предметами сюда не пройти. Со мной связывается один из моих подданных. Я отойду на пару минут. Кажется, дело срочной важности.

Король Глаоруса отошёл в королевскую спальню — вести переговоры с обратившемся к нему человеком. Через буквально пятнадцать секунд он оттуда выбежал со злобной гримасой на лице.

— Арианна Натц, я могу расценивать ваши действия как объявление войны?!

— Чего? — успевшая немного захмелеть Арианна буквально протрезвела на глазах.

— Ваши люди вторгаются на наши земли! Что это значит?

— Я не приказывала им это! Это неправда! Или… Дайте мне пообщаться с вашим человеком!

Арианна ушла в соседнюю комнату вместе с Кристофом. Миура же с удивлением глядел ей вслед, пока дверь не закрылась, а потом обратился к Эдрику:

— Ужас, — Миура снял свой причудливый головной убор, положил его на стол и с выраженной на лице глубокой усталостью уставился на правителя Северного королевства. — На прошлом совете мне казалось, что именно вы являетесь серьёзной угрозой для мирных времён. Их же постоянные ругания я никогда всерьёз не воспринимал. А вот оно как получилось… Эдрик, что вы думаете о небольшом союзе? Если мы…

Дверь большого зала открылась. На пороге стояло три стражника в форме Зубриона.

— Здесь только что было зафиксировано использование Юве, — вперёд вышел один из них. Эдрик узнал его. Он служил Блэквудам. Вероятно, именно его Инн подкупил, чтобы тот провёл проверку. — Что произошло?

— Ничего такого, — ответил Миура. — С Кристофом Сидрым связались с помощью Юве. У нас же ничего при себе нет. Как вы вообще узнали? Вы что, умеете фиксировать следы Юве?

Стражник проигнорировал вопрос Миуры и подошёл к его стулу.

— Юве было использовано где-то здесь, — он осмотрелся. — Миура Флойн, не могли бы вы проследовать с нами для проведения проверки на наличие у вас магического предмета.

— Серьёзно? — правитель Южного королевства закатил глаза. — Это обязательно?

— Боюсь, что да. В случае отказа…

— Ладно, ладно, ведите уже, — Миура встал и проследовал за стражниками из зала. Перед выходом он обернулся на Эдрика. — Когда я вернусь, мы продолжим наш разговор.

Как только шарканье стражников, ведущих правителя Южного королевства, пропало из пределов слышимости, Эдрик сразу же встал и тихонько подошёл к двери, за которой находились Арианна и Кристоф. Прислушиваться было необязательно, до него долетали обрывки гневных реплик правителя Глаоруса.

Убедившись, что никто не видит его действий, Эдрик достал из ботинка небольшую бутылочку с Хытычапоком и начал подливать яд в чаши, принадлежавшие королям и королеве. По две капли в каждую. Миура пил сразу из двух сосудов: огромной чаши и изысканного бокала, так что Эдрику пришлось отравить оба. Изначальный план подразумевал отравление всех напитков на столе, но король решил, что возможно ему придётся самому пить что-нибудь, так что Светлый немного подстраховался.

Управившись, Эдрик рывком занял своё место, спрятал склянку с Хытычапоком обратно в ботинок, а затем вальяжно раскинулся в удобном кресле, как будто бы никуда и не ходил.

Эдрик посмотрел на часы. Он управился чуть больше, чем за полторы минуты. Вот так и вышло, куча приготовлений и усилий ушли всего на две минуты свободного времени.

В течение пяти минут никто в зал не входил. Эдрик терпеливо ждал. Наконец из спальни вышел разгневанный Кристоф. Следом за ним показалась Арианна.

— Где Миура? У нас новая тема для обсуждений.

— Миура отошёл, — ответил Эдрик. — Скоро вернётся. Что за тема?

— Ворн совершил набег на мои земли.

— Я больше склоняюсь к версии, что это Кристоф Сидрый организовал инсценировку для получения повода объявления войны, — высказалась Арианна.

— Вы собираетесь вступить в войну? — Эдрик постарался придать своему голосу нотку удивления.

Инн был полностью прав. Достаточно было лишь маленького толчка, чтобы правители Восточного и Западного королевств начали обвинять друг друга во всех бедах.

— Пока ещё нет, — Кристоф махнул рукой и уселся на своё место. — После совета вернусь на родину, там найду доказательства причастности высших чинов. Уверен, с этим проблем не будет. А затем будет война.

Арианна оставила реплику без комментариев, она налила себе вина в чашу с ядом и сделала пару глотков. Она о чём-то крепко задумалась.

— Пожалуй, я тоже горло промочу, — Кристоф налил себе воды и выпил содержимое залпом. — И возьму чего-нибудь острого. К слову, в грядущей войне я не хотел бы, чтобы вы вмешивались. Я знаю, Миура больше всех ратует за мир во всём мире, но нам нужно уже решить наши конфликты силовыми методами. Без чьего-либо вмешательства.

— Тут соглашусь, — заметила Арианна.

Эдрик не особо обращал внимание на то, что говорил Кристоф. Ведь и король Востока, и Арианна уже были всё равно что покойниками. Куда больше короля волновал тот факт, что Миура всё ещё проходил проверку, а Хытычапок действует достаточно быстро. Да, он не оставит следов, но если правитель Шоклента придёт во время агонии двух правителей, то тут и искать следы не нужно будет. Эдрик планировал отравить всех одновременно, использовав тост как предлог, но этот план уже нужно было доработать. Если Миура не появится в ближайшие десять секунд…

Бог зла, преступлений и предательства Дёр словно услышал мысленный призыв Эдрика, и в этот же миг Миура Флойн вернулся в главный зал.

— Эдрик, это же ваши стражники были? — бросил с порога он. — Судя по форме, они с Севера. Отправь их в темницу, пусть погниют там лет так пятнадцать. Они знали, что при мне нет Юве, но специально держали меня для каких-то глупых проверок.

— Нет Юве? — удивилась Арианна. — О чём вы?

— Внеплановая проверка на наличие Юве, — быстро ответил Эдрик. — Это из-за связи с Кристофом. Они заметили след и решили, что это Миура что-то использовал. Не о чём беспокоиться. Миура, не желаешь вина?

— Нет, спасибо, — отказался правитель Южного королевства.

Вот теперь пора уже волноваться.

— Бред. Телефон не оставляет следов, — вставил Кристоф, оторвавшись от накладывания макарон в свою тарелку. — Я лично читал отчёт Весельчака об этой штуке.

Эдрик не знал, как ему ответить, ведь тот был прав, он вообще не представлял, как можно отследить действие Юве. Однако ему на помощь пришёл сам Миура.

— Да какая разница? Может, они просто напились и решили на спор устроить тут проверку? Так или иначе, им место в тюрьме. Ладно, что с тем сообщением, Кристоф?

Правитель Запада открыл рот, чтобы ответить, но громко закашлял. Эдрик знал, что жертва Хытычапока за минуту до смерти начинает кашлять и решил действовать быстро.

— Насчёт союза. Я согласен, — громко и чётко сказал Эдрик, обращаясь к Миуре.

— Согласен? На союз между Севером и Югом? — Миура своей репликой перебил начавшийся кашель Арианны.

— Да. Заключим его сейчас. Выпьем за это?

Миура с удивлением уставился на Светлого.

— Конечно! Ты не представляешь, как я рад!

«Пей уже, твою мать!» — подумал король Зубриона.

Правитель Шоклента синхронно с Эдриком налил себе вина и немного испил из изысканного бокала.

Дёр явно благоволил сегодняшнему вечеру. События развивались чрезвычайно удачно. Если бы Миура не смотрел бы прямо в лицо короля Севера, прежде чем испить из своего бокала, то он мог бы заметить странный синхронный кашель Арианны и Кристофа, но когда тот наконец обратил внимание на хрипящие звуки со стороны, было уже поздно. — Что такое? Что с тобой? — Миура уставился на задыхающуюся Арианну.

— Яд… — выдохнула та и испустила свой последний вздох.

— Что? Яд? Вас отравили? Когда? — Миура уставился на Кристофа, чей труп только что упал со стула. — Что происходит?!

Правитель Шоклента вскочил, осмотрел содержимое свое чаши, а затем с осознанием происходящего и со злостью в глазах посмотрел на Эдрика.

— Ты! Это был ты! Зачем ты их убил?

— Для того, чтобы получить контроль над миром. И убил я не только их, — Эдрик тихо рассмеялся. — Теперь, когда ты сделал несколько глотков из своего бокала, ты тоже обречён.

В подтверждении этих слов, правитель Южного королевства закашлялся.

— Ну уж нет! — неожиданно для Эдрика, вместо того, чтобы бросится на него, Миура поднял со стола свой причудливый головной убор, вырвал из него виноград и из тайного отделения достал горсть белых таблеток.

«Противоядие» — догадался Эдрик и, схватив заточенный нож для резки хлеба, бросился на короля Шоклента.

Миура принял свои таблетки, но не успел защитится от удара ножом. Нож вошёл королю в шею без особого сопротивления. А кровь мощной струёй хлынула из пробитого горла, и уже было не важно, сработало ли противоядие Миуры или нет. Без экстренной медицинской помощи или Шогладина спасти правителя Южного королевства не удалось бы. Однако Эдрик решил не давать Миуре ни единого шанса выжить. Ещё шесть ударов ножом в лицо, и только тогда Король Зубриона успокоился.

Светлый снял с себя заляпанную кровью одежду и подошёл к окну. Посмотрев полминуты на свою землю, он отошёл от окна и уселся обратно за стол. Он редко совершал убийства собственными руками, но всегда замечал, что хорошее убийство приносит в его сердце успокоение, а также приятные ощущения собственной власти.

Через полчаса Инн вместе с множество воинов нанесёт удар в спину иноземцам, а затем Эдрик отправит в бой все войска королевства. Шоклент, Ворн и Глаорус без своих любимых правителей не смогут ничего противопоставить ему и будут вынуждены покориться. И тогда… тогда наступит его мировое господство.

Этот день люди запомнят как день образования нового королевства, которое будет править всем миром.

Больше никто и никогда не сможет противостоять ему.

Комментарий к Пролог (2)

Все непонятные слова, написанные с заглавное буквы — названия Юве.

Глава 1. Знакомство с Флауэр

21 год от образования Эдринии. 2 месяц тепла

Персонаж: Флауэр Пурпл. 8 лет. Ученица деревенской школы

Юве: Отсутствует

Местность: Западная часть Эдринии. Деревня Минино

Флауэр, сколько она себя помнила, всегда любила своё имя. Родители рассказывали ей, что как-то раз, ещё совсем в малом возрасте, она подошла к ним и сказала:

— Спасибо за то, что вы меня так назвали, вы самые лучшие родители в мире, я буду всегда любить вас!

Флауэр не помнила этого случая, она вообще многое не помнила: как родилась, как училась говорить и многое другое. Ей казалось, что она всегда была такой, и ничего «до» никогда не было. Однако маме с папой она верила, и никаких причин сомневаться в их словах у неё не было. Тем более что ей до сих пор нравилось своё имя. По сравнению с именами других девочек, которые учились вместе с ней в классе, её имя существенно выделялось своей необычностью и красотой. По крайней мере так думала сама девочка. Но несмотря на всю любовь к своему имени, Флауэр жутко ненавидела, когда её имя произносили эти противные мальчишки.

— Флауэр! Флауэр!

Вот и сейчас… Она никого не трогала, никому ничем ни мешала, но к её дому, который стоял совсем недалеко от школы, подошли четверо мальчишек, которые, по мнению самой Флауэр, были куда противнее всех остальных. Солнце стояло высоко, школы нет, почти все дети сейчас должны играть на свежем воздухе или выполнять домашнюю работу, но вместо этого мальчики решили вновь поприставать к ней.

«Ну почему они просто не могут отстать от меня? Дать мне поиграться в одиночестве?! Обязательно нужно раздражать меня! Неужели у них нет других дел?!» — возмущалась про себя Флауэр.

Она отложила куклу, которую тоже звали Флауэр (Пурпл всех самых красивых кукол называла Флауэр, менее красивых — другими именами), открыла окно и громко крикнула:

— Чего вам нужно?

На самом деле ей не было сильно интересно, что нужно этим мальчишкам. Она была уверена, что ничего умного они всё равно не скажут, однако в ней ещё теплилась надежда, что вдруг в этот раз они пришли действительно с нормальной просьбой и вскоре, когда она её выполнит, отстанут от неё.

Четвёрка стоящих под окном мальчишек не особо долго думала над ответом. Слово взял Акир, самый глупый и задиристый из них:

— Ничего!

Он видимо счёл свою шутку чрезвычайно забавной, поэтому громко и, разумеется, противно рассмеялся. Его смех сразу же подхватили рядом стоящие подпевалы. Акир был у них кем-то вроде лидера, и каждая его реплика воспринималась остальными как нечто чрезвычайно гениальное и смешное, даже если эта самая реплика ничего в себе смешного не заключала… Особенно, если она ничего в себе не заключала.

— Глупые забияки, — тихо сказала Флауэр и закрыла окно.

Она обратно потянулась к кукле, надеясь, что мальчишки удовлетворились, но её снова окликнули:

— Флауэр, ну я же пошутил, покажись!

Акир кричал так, как будто она жила в каком-то высоком замке, а не одноэтажном доме. Очевидно, природа обделила абсолютно всех мальчишек хоть каким-то зачатком мозга, и те восполняют эту утрату своей харизмой, если громкий крик и можно назвать её проявлением. Какие же они всё-таки глупые! Жить рядом с ними ну вообще невозможно!

То, что все мальчики — идиоты и забияки, Флауэр поняла ещё во время первого посещения школы. В первый день четвёртого месяца тепла родители заплели её длинные волосы в две косички, помогли собрать в портфель недавно купленные учебники и отправили в школу. Пурпл взяла с собой свою любимую куклу и приготовилась к незабываемому приключению. До этого она только и делала, что читала книжки или игралась с куклами, а поход в школу — это то самое разнообразие, о котором она давно мечтала, тем более родители постоянно рассказывали о том, как там хорошо и сколько друзей она там найдёт.

Предвкушая свой самый первый в жизни урок, Флауэр села за самую первую парту в надежде на то, что если произойдёт что-то интересное, то она будет первой, кто об этом узнает.

На второй парте, позади неё, заняли место сразу три мальчика. Им было всё равно, что за столом должно находиться максимум два человека, наверное, их уровень развития ещё не достиг того, чтобы уметь отличать число «2» от числа «3». Подтверждая её мысль, они весь урок громко хихикали и мешали ей слушать учителя, который рассказывал очень важные и интересные вещи. Когда же Флауэр не выдержала, развернулась и попросила их быть потише, они засмеялись ещё громче и принялись со всей силы дёргать её за косички.

Больше она никогда не ходила с косичками.

Мальчишек это не остановило. Они, видимо, запомнили её и поэтому с того дня принялись дразнить её по любой причине: из-за того, что она лучше всех училась в школе, из-за того, что она не играет в их идиотские игры, из-за того, что она не смеётся над их глупыми шутками, из-за того, что она читает книги, а не прыгает и бегает, как все остальные. Причин было много. А после того, как они узнали, где она живёт (это было довольно просто, поскольку все дети жили в одной деревне), то начали подходить к её дому и кричать разные гадости.

А ведь за всё то время, которое они потратили на издевательства, они вполне могли бы подготовиться к школе и, наконец, поумнеть, если к мальчишкам вообще применимо это слово! Но нет, они решили не умнеть, а целыми днями издеваться над ней! Жизнь несправедлива! Почему она должна страдать из-за них?!

Флауэр вышла из комнаты и пошла к выходу. По дороге она от злости со всей силы пнула стопку уже прочитанных учебников. Её папа тоже пинает разные вещи, когда злится, а Флауэр хотела быть похожей на родителей во всех проявлениях. Пурпл открыла дверь и направилась прямо к хихикающим мальчикам.

— Что. Вам. Нужно? — с небольшими паузами между словами произнесла она грозным тоном, от которого мальчики сразу прекратили хихикать.

Несмотря на все насмешки, её грозного тона почему-то побаивались. Флауэр это давно заприметила и умело этим пользовалась. Достаточно часто, чтобы не так сильно страдать от гнёта мальчишек, и в то же время достаточно редко, чтобы те ничего не заподозрили.

Увы, реальность была такова, что ничего, кроме грозного тона, она не могла им противопоставить. Впрочем, пока этого хватало, мальчишки, в какой бы компании они не приходили её доставать, продолжили шарахаться от её злого голоса.

— Флауэр, ты же лучше всех закончила первый год учёбы, правильно? — сказал Акир. — Можешь прорешать нам домашнее задание по математике, заданное на первые три месяца тепла?

Пурпл призадумалась. Задания были очень простые, и решить их — раз плюнуть. Она уже давно сделала все домашние задания и сейчас развлекалась чтением интересных книг или игрой в куклы, которые ей, кстати, уже порядочно надоели. Так что если она будет решать задания мальчиков, то те, скорее всего, не будут так сильно её доставать…

Но ведь это не честно! Почему она должна решать задания тем, кто постоянно обижает её? И тем более, когда она будет делать задания, они сами будут бездельничать! Это несправедливо! Она должна тоже что-то с этого приобрести. Пусть будет как работа у взрослых.

Её родители работали фермерами, они вскапывали землю и садили пшеницу тут неподалёку, а взамен своих трудов получали хлеб, который король обменивал на лири и швексы. Вот это честно. Так должно быть и с мальчиками. Даже если они такие глупые, это ведь не значит, что их нельзя использовать, правильно?

— Хорошо, давайте так, — предложила Флауэр. — Я выполню за вас домашние задания, но с каждого из вас по два леденца, договорились?

Восемь вкусных сосалок за три часа работы — справедливая сделка, по мнению Флауэр. Её родители не были богатыми, поэтому сладости она видела редко, но для неё они — цель и смысл жизни, настолько вкусными они были. Пурпл была не из привередливых, она ела всё, что ей давали родители, однако леденцы и шоколад были её слабостью. На прошлый день рождения родители ей дали леденец, вкуснее которого была только разве что шоколадная конфета.

— Леденцы? — удивился Акир. — Где я тебе сейчас достану леденцы? Все сладости только в городах продаются. Нужен взрослый… и много времени, чтобы их получить. Да и моя мама на них денег точно не потратит, хоть она и часто путешествует. Вот папа — другое дело, он у меня важный человек! Мой папа работает в самом Давейте! Столице мира! Он продаёт там шоколад!

Акир явно хвастался. Флауэр понимала это, но всё равно сильно завидовала. Эх, если бы её папа продавал шоколад…

— … И так получилось, что у меня есть шоколадные конфеты! И даже несколько плиток шоколада. Как ты относишься к такому обмену? Шоколад лучше леденцов!

Флауэр относилась к любым сладостям очень хорошо. Шоколад она пробовала только один раз в своей жизни, и ей он очень понравился. Причём как раз от Акира, тот на свой день рождения раздал всем одноклассникам шоколадные конфеты, которые производил его отец. Та шоколадная конфета до сих пор была самым вкусным, что она когда-либо ела. Девочка была готова выполнить хоть все домашние задания всего класса за одну конфету. Но показывать этого мальчикам было нельзя.

— Хорошо, тогда с вас две шоколадные конфеты, — сказала Флауэр, внимательно наблюдая за реакцией Акира.

— Договорились, — не моргнув глазом ответил тот.

«Блин, мало попросила!» — ужаснулась про себя девочка и тут же исправилась.

— С каждого! — она дополнила своё предложение таким будничным тоном, будто с самого начала так и задумывала.

Акир улыбнулся и обернулся назад. Он посмотрел на реакцию своих спутников и только тогда произнёс:

— Попросите ваших родителей купить вам леденцов. Потом дадите их мне.

— Конечно, — пробормотал друг Акира — Рейнальд.

— Договорились, — Акир не стал ждать ответа остальных. — Антон, Жура, Рейнальд, давайте тетрадки.

Мальчики закопошились, начали доставать свои помятые тетрадки из карманов (кто вообще хранит тетрадки в карманах?!) и протягивать их Акиру. Тот добавил к ним свою и протянул все четыре Флауэр. Девочка приняла тетрадки и сказала:

— Приходите через неделю вместе с конфетами, задание будет уже выполнено. Но кто не принесёт, тот тетрадку не получит. И больше не доставайте меня!

С этими словами Флауэр гордо задрала голову и направилась обратно в дом.

Она была действительно горда собой и верила, что только что очень умело обманула мальчишек. За то, что Пурпл могла сделать и забесплатно, она получит самую вкусную еду в мире! Девочка была в восторге от своей хитрости и ума!

У неё была совершенно обычная внешность. Средний для своего возраста рост, длинные рыженькие волосы, которые после инцидента в первом классе она предпочитала держать распущенными, и маленькие хитрые зелёные глаза на овальном лице. У неё было вполне обычное детство, увлечения такие же, как и у других девочек, хотя большую часть времени она и предпочитала сидеть дома, навыки и способности, которые свойственны всем детям её возраста.

Всё остальное тоже было таким же: дом рядом со школой, игрушки, книги, обычные, ничем не примечательные родители-фермеры, которые настойчиво просили её хорошо учиться, чтобы у неё была возможность выбиться в люди и выйти замуж за хорошего человека из важной семьи. Всё было точно так же, как и у всех остальных.

Флауэр училась. Ей нравилось учиться. Все задания, которые давались ей в первом классе её деревенской школы, она с легкостью выполняла. Мама объясняла это тем, что она очень умная и сильно превосходит своих сверстников. Она говорила, что если девочка и дальше так будет стараться, то её непременно возьмут в Главное управление Западом. Флауэр не знала, что это такое, но папа говорил, что работа в управлении — это престижно, а своему отцу девочка верила. Правда, отец добавлял, что раньше, когда Запад был отдельным королевством, эта работа была куда престижнее, чем сейчас. Впрочем, на сегодняшний день — эта работа была максимумом того, чего может добиться ребёнок из деревни.

Так что Флауэр очень сильно хотела попасть в это самое управление, даже несмотря на то, что не особо понимала, что там ей нужно будет делать. Единственное, на что она надеялась, это то, что денег, которые она будет получать, будет хватать ей на покупку сладостей. Но для осуществления своей мечты Пурпл нужно было учиться ещё прилежнее.

Девочка зашла в свою комнату и сразу же принялась решать задания мальчишек. Она сказала мальчикам приходить через неделю лишь для того, чтобы, как выражался папа, «набить себе цену». На самом деле она постарается сделать всё уже сегодня. Это домашняя работа по математике была для неё очень простой. Сложение в пределах десяти… Как это вообще можно не понимать?!

Выполняя работы, девочка продолжала петь себе дифирамбы. Она никогда так собой не гордилась, как сейчас. Попросить восемь конфет, а не две — гениальный поступок. Таких никто и никогда на всём свете не совершал! Она всего лишь решит простые задания, это даже полезно, ведь она повторит урок, а мальчики к ней не будут приставать, по крайней мере эту неделю, да и вдобавок к этому она получит целых восемь конфет.

А может, мальчишки и не такие уж и бесполезные?

Глава 2. Основы бизнеса

23 год от образования Эдринии. 3 месяц холодов

Персонаж: Флауэр Пурпл. 10 лет. Ученица деревенской школы

Юве: Отсутствует

Местность: Западная часть Эдринии. Деревня Минино

Вечер. За окном падал снег и выла вьюга. Флауэр знала, что именно в это время на улице начинались самые серьёзные холода, однако в дом мороз, к счастью, не проникал. Родители девочки растопили печку, и тепло от горящих дров распространялось по каждой комнате.

Несмотря на отвратительную погоду на улице, Флауэр чувствовала себя предельно комфортно — она лежала на кровати и, посасывая леденец, читала приключенческую книжку. В книге рассказывалась история про девочку из города лжецов, которая пыталась говорить только правду. Эта история была пока одной из самых интересных из когда-либо прочитанных Пурпл. Эта книга определённо стоила написания чужого сочинения на тему «Как я провёл лето». А ведь если бы она тогда не справилась с искушением написать какую-нибудь гадость, то не видать бы ей было этой книги.

Урок на будущее, эмоции — плохая штука, и если им поддаваться, то это будет многого стоить ей. В данном случае Флауэр могла лишиться клиента, а значит, ей доставалось бы меньше сладостей… Хорошо, что она не стала рисковать.

Чисто гипотетически, если бы она написала гадость, то, конечно, Акир вряд ли бы что-то заметил. Обычно мальчик даже не читает то, что она ему пишет, так что, скорее всего, он бы очень крепко получил от учителя. Флауэр бы посмеялась, справедливость бы восторжествовала, но тогда бы поломалась вся система. Ей перестали бы доверять выполнение домашних заданий, и она очень многого бы лишилась. Слишком многого! Сиюминутное счастье совершенно точно того не стоило.

— Флауэр! К тебе опять пришли! — закричала мать с кухни.

— Иду, мам!

Пурпл согнула уголок страницы, на котором она остановилась, закрыла книгу и направилась ко входной двери. Этот способ запоминания страницы без использования закладки ей рассказал папа, которому в детстве рассказал его друг. Удобный способ. Не нужно тратить деньги на закладку, а деньги всем нужны. Раньше Флауэр этого не понимала, но теперь всё стало очевидно… Ещё бы, ведь на них можно купить сладости!

В прихожей стоял черноволосый мальчик, которого Флауэр сразу же узнала. Рейнальд. Один из самых частых её клиентов.

— Математика? — предположила Флауэр. Рейнальд не дружил с числами.

— Да, домашнее задание, всё как обычно. Я просто не могу понять, как работают эти глупые цифры, — отряхнув снег со своей куртки, произнёс он.

— Очень жаль, что ты их не понимаешь, — сказала Флауэр, думая про себя, что если бы он что-нибудь понимал, то ей пришлось бы серьёзно уменьшить количество шоколадных конфет и леденцов, которое она может съесть за день. — Когда нужно сделать?

— К завтрашнему дню.

— На завтра? За срочность ещё два леденца. Или полконфеты, — по «курсу Флауэр» одна шоколадная конфета равнялась четырём леденцам.

— Хорошо, но, может, ты возьмешь это? Вот, держи, — Рейнальд протянул ей толстенькую книжку. — Я знаю, тебе такие нравятся.

Флауэр взяла её и прочитала название — «Приключения кровавого графа». Приключения. Как раз то, что она любит.

— Откуда знаешь? — спросил она у Рейнальда. Наверняка от Акира, но вдруг?

— Акир сказал. Так ты возьмёшь?

— Да, это пойдёт. Жди работу перед первым уроком.

Рейнальд уходил от неё в приподнятом настроении. Он, видимо, не рассчитывал, что она возьмёт книгу. А если и возьмёт, то потребует доплатить разницу леденцами.

Кажется, так стоило сделать…

Богиня Истина! Она опять просчиталась! Ладно, ничего страшного, удовлетворение клиентов важнее сиюминутной прибыли, все леденцы мальчика всё равно рано или поздно перейдут к ней, так что нечего и переживать.

Флауэр вернулась в свою комнату и положила книгу на стол. Конечно, она хотела бы сразу же начать её читать, но она запретила себе так делать. Сначала надо сделать задание Рейнальда. Ведь если она не успеет выполнить к сроку хоть одно поручение, то её репутация здорово пошатнётся. А до завтрашнего дня осталось не так много времени…

Жизнь Флауэр перевернулась с ног на голову, когда она впервые сделала домашние задания за других и попробовала заработанные шоколадные конфеты. Даже спустя полгода Флауэр до сих пор помнит те ощущения, которые накатили на неё при поедании двух конфет разом.

В тот день Флауэр съела сразу все восемь конфет, которые она заработала своими силами. Без малейших сомнений, это был самый счастливый день в её жизни.

Конечно же, на следующий день она захотела достать ещё шоколада, но родители никогда не давали ей карманных денег, так как у них самих были серьёзные финансовые проблемы, они считали каждый швекс. И поэтому Флауэр решила использовать единственный способ добычи конфет, который она знала — выполнять за глупых мальчишек их домашние задания.

Сначала всё шло плохо, Акир с друзьями молчали, а больше ни один мальчик не просил её что-либо сделать. Никто не верил, что она способна вовремя справится с любым заданием, и никто не хотел рисковать.

Но однажды девочка, у которой были проблемы с природоведением, попросила её помочь нарисовать ей карту их деревни. Флауэр тогда очень сильно постаралась, и её труды окупились. Пурпл справилась с заданием великолепно, она не только нарисовала карту, но ещё и добавила множество всяких подробностей, которые добавили работе красочности. Девочка-клиентка пришла в восторг от результата. Она получила высший балл, а к её родителям пришла учительница и перед ними расхваливала их дочь.

С этого момента всё и понеслось. К ней в дом регулярно ходило множество детей из её класса и просило помочь как с домашними заданиями, так и с прочими поручениями. Некоторые просили объяснить какую-ту тему, некоторые — провести эксперимент. Ходили не только мальчишки, хоть их и было большинство, были и девчонки. Для Флауэр это стало неожиданностью. Она не думала, что у представителей женского пола могут быть тоже проблемы с учёбой, причём с такими лёгкими заданиями…

Может, это не мальчишки глупые, это все вокруг такие глупые?! Или просто она слишком умная? Впрочем, Флауэр не сильно заботили эти вопросы. Пока у неё были сладости, её всё устраивало, и она не особо-то и хотела искать причины поведения других. Даже если все вокруг действительно глупые, она не должна им об этом говорить. Уж кого-кого, а тех, кто обеспечивает её конфетами, точно нельзя обзывать!

В её отношениях с другими детьми всё было просто. Она выполняла любые задания, а в обмен получала сладости. Леденцы, конфеты, шоколадки, пряники, мёд. Цена выполнения работы в сладостях зависела от сложности, объёма и срочности. Леденец был самым распространённым видом сладостей среди школьников. Какие только виды она не пробовала: петушки, леденцы без палочки, круглый леденец с двумя вкусами, леденец в виде сердечка, карамельные леденцы и её любимый вид — леденец со странным названием «Купа Купс».

Жизнь Флауэр здорово преобразилась. Девочка ела по пять конфет в день, некоторые же откладывала про запас. Она расстраивалась, если ей не удавалось заработать хотя бы по десять конфет (в любой валюте) в день, а всё время она только и делала, что решала задания или читала интересные книги.

К сожалению, у девочки не было друзей, все её диалоги со сверстниками ограничивались одной-двумя фразами. Но Пурпл это вполне устраивало, подруги ей были не нужны, ведь тогда сладостями пришлось бы делиться, а она этого не хотела. Так вышло, что вкусностями она дорожила больше, чем приятельскими отношениями.

В определённый момент у неё в тайнике скопилось настолько много сладостей, что те уже начали вываливаться оттуда. Флауэр попыталась сосчитать их, ведь она уже давно научилась считать до скольки угодно, но её отвлекли, и она сбилась на сто тридцать первой конфете. А ведь там было ещё примерно столько же, может, даже больше. По её мнению, на чёрный день было более чем достаточно.

С того момента Флауэр решила немного уменьшить свой упор на сладости, и начала выполнять задания ещё и за книги, куклы, прикольные заколки и прочие штучки, которые ей только нравились.

Количество клиентов, желающих сделать своё задание чужими руками, увеличилось вдвое. Подтянулись дети из первого класса и те, у которых просто не было возможности позволить себе леденцы, но было много всяких интересных вещей. Дети тащили у себя из дома всё ненужное, а Флауэр оценивала вещь и говорила, согласна ли она за неё выполнить задание или нет. Если она была не согласна, то назначала цену вещи в самой практичной валюте… в конфетах, разумеется. А дети «доплачивали» разницу.

Флауэр быстро стала чуть ли не самым уважаемым человеком в школе, даже считая старшеклассников. Как-то раз Акир вновь начал ходить за ней и дразнить плохими словами, и, чтобы отомстить ему, девочка перестала принимать от него какие-либо заказы.

Дети вывод сделали. Больше к ней никто и никогда не приставал. А один мальчик из третьего класса предложил стать её телохранителем в обмен на то, что она поможет разобраться в математике. Она согласилась, ведь у того всё равно больше не было ничего интересного.

У большинства мальчишек, которые выполняли определённые задания только с помощью неё, появилась своеобразная зависимость. Если Флауэр вдруг кого-то невзлюбит и перестанет выполнять чьи-либо задания, то это означало, что у того, на кого она обиделась, будут огромные проблемы не только с учёбой, но и с учителями и родителями.

У Флауэр появилась власть, если это можно так назвать.

Был и ещё один приятный эффект от её работы. То, что Пурпл выполняла в день множество разных домашних заданий, очень благоприятно отразилось и на её собственной учёбе. Она знала все предметы за первый, второй и третий класс просто идеально. Какой бы вопрос ей не задавали, она с лёгкостью давала ответ. Учителя были в восторге от улучшения качества выполнения домашних знаний, родители были в восторге от успеваемости своих детей, глупые мальчики были в восторге, ведь они могли ничего не делать, но стабильно приходить с выполненной работой, Флауэр была в восторге, и даже хозяин ближайшего ларька с леденцами в Страугасе был в восторге. Все были счастливы!

Флауэр дорешала очередную простую математическую задачку и выкинула в свою коробку для мусора палочку от леденца. Она решила, что с завтрашнего дня начнёт изучать предметы за четвёртый класс. Ей нужно увеличивать базу клиентов. Даже несмотря на огромный запас сладостей, девочка страшно боялась того, что её конфеты могут закончиться. Хуже события девочка не могла себе представить.

Перед сном она принялась читать «Приключения кровавого графа». Время было позднее, так что больше двадцати страниц она не осилила. Книжка оказалась интересной. Конечно, не такой увлекательной, какой была прошлая, но всё равно она определённо стоила того, чтобы ради неё немного поделать математику.

Флауэр отложила книгу и легла спать. Завтра утром ей нужно было рано встать для того, чтобы пойти в школу. Теперь у Пурпл не было никаких проблем с учебным заведением, её класс состоял из тех же детей, для которых она выполняла поручения и которые теперь уже не посмеют мешать ей учиться. Да, это была полная победа над глупыми мальчишками!

Последняя мысль девочки перед тем, как заснуть, была грустной: «Жаль, что на уроках не разрешают есть шоколадные конфеты».

Комментарий к Глава 2. Основы бизнеса

Истина — местная противоположность Дёру. Добро, любовь и счастье. По понятным причинам пользуется куда большей популярностью, чем Дёр.

Глава 3. Счастье или нравственность?

28 год от образования Эдринии. 3 месяц холодов

Персонаж: Флауэр Пурпл. 15 лет. Ученица деревенской школы

Юве: Отсутствует

Местность: Бывшее Западное королевство. Деревня Минино

Прозанимавшись полтора часа на сдвоенном уроке инженерного искусства, Флауэр быстро собралась и вышла из школы.

Путь от учебного заведения до дома занял две минуты спокойной ходьбы девочки. Раньше, когда её доставали мальчишки, она считала такое расположение дома ужасно неудобным и неудачным, ведь все кому только не лень могли дойти до её жилища и покричать ей какие-нибудь гадости. Теперь же мнение девочки кардинально изменилось. Когда многим детям нужно было топать до дома аж на другой конец деревни, ей нужно было сделать всего несколько десятков шагов.

Флауэр зашла в небольшой дом. Из-за пыли, плесени и отсутствия в нём хоть какой-нибудь мебели он мог показаться постороннему человеку заброшенным, однако девочка была рада и тому, что у неё хотя бы была крыша над головой. Пурпл сняла рюкзак с плеч и вместе с ним отправилась туда, где сохранялась ещё хоть какая-то чистота и уют — в свою комнату.

Место обитания девочки претерпело существенные изменения за несколько лет. Раньше в комнате было разбросано множество книг, повсюду спрятано куча тайников со сладостями, две кровати: одна для неё, другая для её тёзки — куклы, стол, на котором Флауэр делала уроки за себя и за остальных, огромный шкаф с одеждой и книжная полка. Теперь же здесь была только кровать. Всё остальное: мебель, книги, а также накопленные сладости девочка продала. Увы, кушать Флауэр хотелось больше, чем читать, красиво одеваться и лакомиться шоколадом, который при всём своём невероятном вкусе, голод утолял не так хорошо, как приготовленная каша.

Почти все деньги, вырученные девочкой с продажи всех ценных вещей из дома, в тёплое время года уходили на еду и питьё. В первые же месяцы холодов, она покупала дрова для розжига, труты для огнива, а также всё, что хоть как-то помогало согреться. По рассказам родителей, холодное время на Западе никогда не было таким уж холодным, однако за последние три года климат почему-то решил существенно измениться, и теперь мороз в бывшем Глаорусе был даже свирепее, чем на Севере.

И если бы проблема была только в холоде… Западу досталась проблема пострашнее. Имя этой проблемы — война. То самое управление Западом, куда родители Флауэр хотели, чтобы поступила их дочь, восстало против власти Эдрика Светлого, первого правителя великой Эдринии. На земли вновь провозглашённого Глаоруса сразу обрушилась вся мощь армии Севера. Некоторые владельцы Юве уничтожали целые поселения, которые поддерживали революционеров. Страдали невиновные, люди гибли тысячами. Долго это продолжаться не могло.

Восстание было подавлено за две недели. Но эти две недели сильно повлияли на жизнь всех жителей запада Эдринии. Флауэр не знала, как выживали люди за пределами её деревни, может, лучше, может, хуже. Тот самый Акир Эст, чьи родители занимали довольно высокое положение в обществе, говорил, что на всём Западе всё было очень плохо, но никаких конкретных примеров не приводил. Так что можно было только догадываться, что тот понимал под определением «очень плохо». Впрочем, сомневаться в его словах у девочки не было резона, даже в Минино, которое всю короткую войну поддерживало Эдринию, произошли ужасные перемены.

Цены увеличились в три раза. Еды не хватало. Люди пропадали. Многие из знакомых девочки лишились родственников: у Рейнальда умер дядя, у Фауны, её небольшой подружки, погибла мама, Далья Дакотавна, учительница математики, похоронила трёх своих сыновей. Ну а сама Флауэр лишилась всех сразу. Её маму, папу и бабушку казнили за помощь революционеру-одиночке.

Вышло всё очень глупо: в середине третьего месяца тепла какой-то мужчина предложил двадцать лирей за возможность переночевать. Разумеется, родители согласились, деньги были очень хорошие, а они как раз думали о том, чтобы начать продавать мебель, для того чтобы справится с трудными временами. Революционер переночевал, заплатил как положено и покинул дом. А на следующей день его поймал отряд Дитриха Провокатора, владельца Непробиваемого щита. Революционер раскололся и сдал всех, кто ему помогал, в том числе и семью Пурпл.

За несколько часов Дитрих схватил и казнил всех, на кого указал революционер. Флауэр просто повезло. Провокатор счёл её слишком молодой для того, чтобы по своей воле помогать повстанцу. Он задал ей несколько вопросов, хотел узнать о её отношении к происшествию:

— Девочка, как тебя зовут? — Дитрих обратился к ней сразу после казни её родителей и бабушки.

— Меня зовут Флауэр, — ответила она, пытаясь не расплакаться. Тогда она изо всех сил старалась не показать свою слабость перед убийцей всех её близких людей.

— Красивое имя. Меня зовут Дитрих. Расскажешь мне, как ты относишься к поступку своих родителей?

Флауэр могла бы многое высказать в лицо убийце своих родителей. Но на этом бы её история закончилась. Дитрих бы просто убил её, и всё. Флауэр дурой не была, для своего возраста она, наоборот, была очень хитрой и умела великолепно притворяться. Она всё прекрасно понимала, тогда был именно тот момент, когда обманывать было необходимо. Главное только не переусердствовать.

— Они помогли плохому человеку. Случайно. Из-за этого вы их убили. Я не злюсь на вас. За плохие поступки, даже которые сделаны случайно, всегда следует наказание. Я понимаю.

— Ты очень умная девочка, Флауэр. Скажи мне, ты же не повторишь ошибок своих родителей?

— Нет. Я буду хорошо себя вести. Если плохой человек попросится переночевать, то я сообщу об этом моей родине, Эдринии. Я не поступлю так, как поступили мои родители.

Дитриха удовлетворила эта ложь. Он покинул деревню, а Флауэр переселили к многодетной семье, но там она надолго не задержалась. Мать семейства быстро поставила её перед фактом. Денег, чтобы кормить её, у них нет, места для неё тоже. Так что либо она возвращается к себе домой, либо с ней произойдёт «несчастный случай».

Выбор для Пурпл был очевиден. С того момента Флауэр стала жить одна.

Девочка не бросила школу и продолжила учиться. Она пыталась заработать, как делала это раньше, выполняя поручения за остальных. Сначала у неё получалось, вместо шоколадных конфет она брала хлеб, масло, а также дрова в месяцы холодов. Однако у родителей других детей тоже были серьёзные финансовые проблемы. Так что вскоре практически у всех детей, за которых она выполняла задания, больше не было для неё ничего стоящего. Тогда Флауэр и начала продавать всё, без чего она могла обойтись. Сначала старые игрушки, потом лишнюю мебель, потом прочитанные книжки, затем её любимые вещи и не такую уж и лишнюю мебель, сладости… и вот всё закончилось.

Денег нет. Еды нет. Остались только дрова, но продавать их нельзя, даже топя печку, она мёрзнет. Если она избавится от отопления, то сразу же окоченеет. Флауэр не ела уже два дня, и она видела только один способ, как ей не умереть от голода — пойти на свидание со своим старым знакомым, Акиром Эстом.

Акир, наверное, единственный в её деревне, кто до сих пор живёт припеваючи. Его отец торгует сладостями в столице Эдринии — Давейте. Давейт был центром мира, все работающие там люди просто не знали такого слова, как «бедность». Мать устроилась чуть ли не лучше: она работала лично на короля, занималась поисками утерянных Юве на Западе. Обе этих работы являются невероятно высокооплачиваемыми и престижными.

Акир единственный, кто по-прежнему берёт у неё заказы на выполнение домашних заданий. Когда все помирают с голоду, семья Эстов устраивает пир для нуждающихся. Когда все замерзают, Акир раздаёт дрова и приглашает погреться у себя дома. У мальчика всё было прекрасно. Вероятно, его единственная проблема заключалась в том, что Флауэр уже, наверное, раз десять, если не больше, отказывалась пойти с ним на свидание.

Акир был сильным, мужественным, красивым, добрым, возможно даже чутким в глубине души мальчиком. Его надоедливость осталась в прошлом. Он стал галантным, красиво одетым, практически принцем из сказок, а его семья была самой богатой на множество километров до ближайшего города. По нему сохла каждая девочка из класса, но все знаки внимания он оказывал одной только Флауэр.

Однако та упорно не обращала на него внимание и отказывалась идти на свидание. Почему? Да всё просто. У мальчика был один недостаток, который перечёркивал все его достоинства на корню. Акир был глупым.

За все эти года Флауэр хорошо изучила своих одноклассников. У каждого были свои плюсы и минусы, но тупость Акира переходила все границы. Все задания он делал с её помощью, на уроках валял дурака, постоянно выпендривался, причём старался это делать так, чтобы его обязательно видела Флауэр. Поговорить с ним было не о чем, даже читать ещё год назад он не умел. Пурпл терпеть не могла Акира, а его внимание лишь досаждало ей.

Но сейчас у неё просто не было выбора. Денег на еду у неё нет, а мальчик приглашал её к себе домой — перекусить. Там будет еда, тепло и уют. Хоть временно, но это было её спасением. И цена этого — всего лишь провести некоторое время в компании мальчика её возраста. Для выживания иногда необходимо переступать через гордость, так что именно это Флауэр и собиралась делать.

Решившись, девочка немного посидела в своей комнате и, определившись со стратегией поведения, пошла искать Акира.

Мальчик развлекался возле школы со своей преданной компанией: Журой и Рейнальдом. Антона с ними не было, он погиб от воспаления лёгких в прошлом году. Узнав о согласии Флауэр, Акир страшно обрадовался, можно сказать, расцвёл на глазах. Затем тот быстро забыл о своих друзьях и побежал к себе домой готовиться. Пурпл же вернулась к себе, якобы для того, чтобы выбрать, что ей на себя надеть. Выбор состоял из помногу раз зашитого старого красного платья, которое никто в деревне не хотел покупать, и плаща, который уже был на ней надет. Сложный выбор, нечего сказать.

Переодевшись для разнообразия в платье, немного подумав над причёской и просто выждав некоторое время, чтобы парень думал, будто бы она тщательно готовится, Флауэр направилась в дом Эстов. У входа её сразу же встретил Акир.

— Выглядишь великолепно, — заявил он.

Даже без зеркала девочка неплохо представляла, как она выглядит со стороны, поэтому хмыкнула у себя в голове. Либо Акир влюблён в неё настолько, что не видит, насколько ужасно это платье, либо он решил сказать это просто из вежливости.

Сам он выглядел куда лучше, чем она. На нём были чёрные штаны с дорогой белой рубашкой, на которой нарисован герб Эдринии — чёрная корона на красном фоне. У Флауэр возникло ощущение, будто бы у них было не свидание, а свадьба. Как бы, кстати, до этого дело не дошло!

Мальчик отвёл её в обеденный зал, где уже стояли две порции капустного супа с мясом. Отметив хороший внешний вид Акира, хорошую подготовку к свиданию, которое состояло из вкусной еды и слуги (ничего себе живёт! Личный слуга!), убравшего объедки, девочка всё же решила дать парню шанс.

Шанс свой Акир упустил в первом же разговоре. Он явно ошибся с выбором темы для свидания. Интересно, какой девушке понравится послушать о том, как парень неделю назад угодил кулаком в глаз однокласснику. Изображая интерес, Флауэр сосредоточилась на поедании пищи. Она старалась есть медленно, не показывая своего жуткого голода и желания наброситься на еду. Темы тем временем менялись с одной на другую, они становились всё страннее и страннее: «Как правильно бить других мальчишек?», «Как мухлевать в карты?», и внезапно, когда свидание начало подходить к концу, вся еда была съедена, а голод утолён — «Чем червяки отличаются от змей?». Изображать интерес и дальше было слишком сложно даже для хорошо притворяющейся Флауэр.

— Слушай, а тебе не приходило в голову, что девушке может быть не интересны эти темы? — девочка решила намекнуть Акиру о его немного неправильном поведении.

— А? — Акир, кажется, здорово расстроился. — Ну да, наверное. О чём бы ты хотела поговорить?

— Ну, давай поговорим о книгах. Какие тебе нравятся? — Флауэр облокотилась на спинку стула. Она знала, что Акир только совсем недавно научился читать, но он же на чём-то точно учился. Не мог же он не прочитать ни одной книги за свою жизнь?

— Мне? Ну я ещё не читал ни одной книги. Хмм…

А, нет, видимо, мог.

— Хорошо. Давай поговорим о чём-нибудь простом. Например, об одноклассниках. Ты же должен сформировать своё мнение о них, правильно? Кто, по-твоему мнению, среди них самый умный?

Флауэр была уверена, что самая умная именно она. И Акир должен это понимать. Плюс тот факт, что он в неё влюблён, а значит, что в отношении её не очень объективен. Конечно, парень должен сказать, что самая умная — она. Однако вдруг Эст назовёт кого-то другого?

— Я бы не хотел показаться самовлюблённым, но мне кажется, что самый умный — я.

Флауэр уставилась на Акира. Ей потребовалось всё своё самообладание, чтобы ни показать, как сильно ошарашил её подобный ответ. Самый глупый человек во всей деревне считает себя самым умным?! Вероятно, что-то в её лице всё же промелькнуло, потому что мальчик решил немного усовершенствовать свой ответ:

— Ну и ты, конечно. Мы оба с тобой самые умные. Постоянно замечаю, как хорошо ты отвечаешь на уроках. Не то что остальные! Вот знаешь поговорку про мысль, которая в одно ухо влетает, а в другое вылетает.

— Знаю. Только она по-другому звучит…

— Не важно. У всех других мысли… ну… именно так и работают.

— А у нас с тобой? Вернее, у тебя? Как именно работают твои мысли, что они делают тебя таким умным? — Флауэр уже потеряла всякую надежду на здравомыслие Акира, поэтому просто развлекалась. Ей было любопытно, почему самый глупый человек класса решил, что он очень умный.

— Ну… — Акир скрытого подтекста не понял и сейчас напрягал все свои полторы извилины, пытаясь сформировать словесное высказывание о движении мыслей. — Значит, мысль залетает ко мне в голову…

Затем умирает в конвульсиях, но в страшных мучениях успевает перед смертью сообщить остальным мыслям, чтобы больше сюда никто не залетал. Да, именно так.

— Там, значит, она… ну… типа… помогает мне и… остаётся там. Вот! — по-видимому, истратив весь свой словесный запас, выдавил из себя мальчик.

— Хорошо. Забудем об этом, — надо было срочно сменить тему. Если она рассмеётся, то всё испортит, а ей возможно придётся пойти на ещё одно свидание. — Давай поговорим о твоей семье. Расскажи, чем занимается твой папа? Или мама? Я в общих чертах знаю, но с радостью бы узнала поподробней.

— У папы свой магазин в Давейте. А мама ищет эти Юве… Слушай! Моя мама недавно нашла Юве, представляешь?

— Нашла? — насколько Флауэр знает, утерянные Юве уже давно никто не находил. Она слышала, за них можно купить целый дом… возможно даже в Давейте! Если бы она нашла что-то подобное, то точно решила бы все вопросы с едой.

— Да, пойдём, я тебе покажу! В кладовке! Называется Хамелеон! — Акир быстро встал, развернулся, затем немного постоял, вновь развернулся и сел. — Слушай, извини, я вспомнил, что мне мама запретила кому-нибудь его показывать. Прости.

— Да ничего страшного, забудь. Я всё равно не интересуюсь этими Юве, — Флауэр встала с места. — Нормально посидели. Я думаю, мне пора.

— Подожди, — Акир тоже встал и внезапно засмущался. — Ты… Ты… Ну…

«Ты не хочешь начать со мной встречаться?» — Флауэр в голове попробовала угадать реплику Акира. Поведения глупых мальчишек легко предугадывать.

— …Ты бы это… не хотела бы, чтобы нас считали парнем и девушкой?

Ну почти.

— Боюсь, что пока не время, — сказала Флауэр. — Может, как-нибудь потом вернёмся к этому вопросу, но пока что мой ответ — нет.

— О, ясно, — Акир явно расстроился. Надеялся на согласие? — Давай, может, я тогда подарю тебе чего-нибудь? Что вы, девочки, вообще любите?

— Не нужно подарков. Давай, может, дашь мне хлебушка? — главное не показать Акиру, насколько у неё плохо с едой. Нужна причина. — Я птичек покормлю. А когда буду кормить, буду думать о тебе.

Флауэр искренне и очень сильно обрадовалась, когда Акир дал ей с собой батон хлеба. О еде в ближайшие два дня можно будет не беспокоиться.

Она вернулась домой, спрятала хлеб и погрузилась в мрачные мысли о своём будущем.

У неё есть еда и дрова. Два дня она ещё и проживёт, но что дальше? У Флауэр была одна не очень хорошая мысль, как ей выжить. Очень не хорошая. Но, кажется, это была её единственная возможность. Хотя…

Что вообще отличает плохого человека от хорошего? Является ли Акир плохим, только потому что он глупый? Разумеется, нет. Акир, может, и глупый, но добрый. Да, он дерётся, прогуливает уроки, но в то же время много кому помогает. Акир и его семья, без сомнений, хорошие люди. Так же, как и её родители. Они тоже были хорошими людьми. Но их убили плохие люди. Плохие люди совершили зло. Станет ли она плохим человеком, если украдёт у семьи Акира? Да, станет. Только плохие люди делают зло хорошим.

Ну а что ещё ей остаётся делать? Хлеб закончится, и что дальше? Где доставать пропитание? Пойти на ещё одно свидание? Ладно, возможно Акир ничего не заподозрит и согласится. Что потом? Умереть от голода? Начать встречать с Акиром за еду? Выйти за него замуж? Продавать тело? Какие ещё есть варианты?

Вариантов не было. Из-за того, что она была девочкой и не могла таскать тяжести, её не брали на работу. Да и работы толком почти не было, с полем всё плохо, даже многие взрослые не могут найти себе занятие. Родители говорили ей продолжать учиться, и тогда она достигнет успеха, но школа была практически закончена Флауэр, а где применить полученные знания Пурпл так и не нашла.

Деньги брать просто неоткуда. Что же ей делать?

Флауэр поправила волосы и со смирением уставилась на кровать. Она знала ответы на все эти вопросы, просто боялась их дать. Она не хотела отвечать на эти вопросы. Ответ был только один, и он единственно верный. Его нужно дать… Или умереть… А умирать Флауэр не желала.

Ответ прост — лучше быть плохим человеком, но живым, чем хорошим, но мёртвым.

Девочка достала из-под кровати спрятанный листок и ещё раз прочитала его содержимое. У неё всегда был красивый почерк, и буквы угадывались без труда.

Список дел:

1) Закончить школу.

2) Убить Дитриха Провокатора.

Затем она взяла единственный не проданный карандаш и дописала:

3) Украсть Юве у семьи Акира Эста.