Каждый раз ее сердце восхищенно сжималось от ощущения разливающегося вокруг волшебства. От того, какой разной могла быть Дорога, от того, куда она могла завести, если путник не наделен благословением волшебной крови. Но страха, как в тот, первый раз, когда она семилетней малышкой в горячке выползла в сад и всем своим существом взмолилась о том, чтобы муки прекратились, в Эбигейл не было: она шла, вдыхая пахнущий влажной землей воздух, разглядывая причудливые формы, что принимал клубящийся меж деревьев туман.
