Оглавление

— Да возьми же трубку, сколько можно? — женщина беспокойно ходила по комнате, время от времени возобновляя вызов абонента.

— Аня, что ты так убиваешься, может телефон у Стасика разрядился или не слышит звонка, — в гостиную вошла худощавая женщина, лет 65, — Дело молодое, общаются, — она поправила рукой гладко собранные в пучок волосы.

— Мама, время сколько уже? Стас обещал в одиннадцать быть дома, а сейчас полдвенадцатого! И потом, не забудь, что ему только семнадцать, а в этом возрасте может, что угодно быть. Время такое…

— Я понимаю, но не убивайся так, ещё набери.

— Уже раз двадцать набирала, не отвечает, — женщина подошла к окну и вглядываясь в темноту, продолжила, — Не знаю, какое-то неприятное чувство появилось, не могу объяснить.

— Егору позвони, может он знает. Они ни вместе были?

— Звонила, Егор дома. Он сегодня не смог с ними пойти, помогал брату.

— Молодец, Егор, всё успевает: и паркуром с мальчишками заниматься, и брату в баре с бизнесом помогать.

— Согласна, хороший парень. Ладно, мам, пойду на терассе посижу. Ты ложись, я Стаса дождусь.

— Накинь, там прохладно уже, — женщина протянула бежевый вязаный кардиган, — Если что, я не сплю, тоже подожду.

— Хорошо, спасибо, — Анна накинула на плечи кардиган и вышла на террасу.

Несмотря на августовскую ночную прохладу, вечер оставался ещё тёплым. Аня любила свой «спальный» район: даже отдалённый звук проезжавших автомобилей не перебивал трели поздних птиц и настойчивый стрекот кузнечиков. Она облокотилась руками на перила и стала любоваться недавно обновлённым ландшафтом. Глаза немного привыкли к темноте; от падающего оконного света лужайка перед домом казалась особенно красивой. Клумбы с чайными розами прекрасно сочетались с аккуратно стриженными кустарниками, а ровный зелёный газон придавал саду ухоженной завершённости.

Нетронутым остался лишь небольшой фонтанчик с камнями в глубине сада, — его делал ещё отец. Анна посмотрела на звёзды и прошептала:

— Папа, как мне не хватает тебя, если бы ты только знал…

Отношения дочери и отца всегда были дружескими и самыми тёплыми. Никто не понимал и не поддерживал Анну так, как это делал отец. Они любили друг друга и ей очень не хватало сейчас рано ушедшего из жизни отца. Безусловно, маму она тоже любит, но это совсем другая любовь…

Анна посмотрела на телефон: прошло пятнадцать минут и она повторила попытку дозвониться до сына.

Ожидая ответа, женщина взглядом обвела территорию и вдруг ей показалось, что в глубине сада, у самых ворот, мелькнул тусклый свет. Она убрала в сторону телефон и присмотрелась: там действительно что-то светилось. Анна быстро пошла на свет. То, что она увидела через минуту, заставило оцепенеть: на траве лежал Стас, а в кармане светился звонивший телефон.

— Стас, сынок, что с тобой? — бросилась к сыну женщина, — Что случилось? — она наклонилась над парнем и попыталась вглядеться в лицо, но было слишком темно, — Сынок! — Анна посветила телефоном на сына и увидев, что тот без сознания, машинально проверила пульс, — Живой, — облегчённо выдохнула она, — Сейчас я тебе помогу.

Анна попыталась приподнять голову сына, но поняла, что одна не справится, позвонила матери.

— Аня, что, что со Стасиком? — испуганно спросила подбежавшая Зоя Ивановна.

— Не знаю, я его тут нашла. Он без сознания. Мама, звони в «скорую», его лучше не трогать.

— Почему? Давай занесём его в дом.

— Мама, мы не знаем что с ним, а вдруг его нельзя двигать, вдруг что-то серьёзное?

— Да, да, ты права, дочь, лучше не трогать, я быстро, — женщина отошла в сторону и вызвала « скорую помощь», — Я позвоню Алексею Семёновичу, на всякий случай.

— Не надо, мама, вдруг ничего криминального…

— Аня, посмотри, у Стаса царапины на руках, а если его били?

— Ладно, звони. Неудобно как-то начальника полиции беспокоить.

— Он, в первую очередь, друг семьи, не забывай, пожалуйста. Паша бы сразу к нему обратился.

— Хорошо, звони.

Вскоре приехала «скорая помощь».

— Это хорошо, что вы его не стали заносить в дом, — обратился врач к Анне, — Похоже проблемы с позвоночником, только хуже сделали бы, — констатировал после осмотра доктор, — Давно он так лежит?

— Я не знаю, — расплакалась Анна, — Полчаса как нашла его здесь.

— Видимо привезли и оставили у входа, побоявшись себя обнаружить. Но хорошо, что не бросили ещё где-то.

— Что с ним, доктор?

— Пока ничего не могу сказать, надо срочно обследовать, — помогая перекладывать на носилки Стаса, мужчина добавил, — Документы принесите его.

— Уже, — Анна указала на сумочку в руках, — Пока вас ждали, всё приготовила.

— Хорошо, едем, нельзя терять ни минуты.

— Мама, не волнуйся, как только что-то узнаю, позвоню, — пообещала Аня, усаживаясь в «скорую помощь» рядом с сыном, — Я перезвоню.

— С Богом.., — перекрестила в воздухе машину «скорой» женщина.

Казалось, время остановилось. Анна посмотрела на часы: прошло два с половиной часа.

«Только бы операция удачно прошла, Господи, помоги ему. За что нам это? Он же совсем ребёнок, помоги ему, Господи», — тихонько шептала она, глядя в сторону операционной.

Операция продолжалась четыре часа. За это время Анна вспомнила всю свою жизнь, а вернее ту часть, когда родился Стас. Она воспитывала его одна и сейчас остро ощутила потребность в участии, в поддержке мужского плеча. Вновь мысленно вернулась к отцу: «Папа, если б ты был рядом, сумел бы помочь, сумел найти нужные слова, ты не допустил бы такого…»

Когда Аня поняла, что беременна, первым, с кем она поделилась этой новостью, был отец. Именно ему она открыла свою тайну. И не пожалела. Отец твёрдо настоял, чтобы дочь рожала и никогда не укорил её о случившемся. Вот только имя отца ребёнка Анна долго скрывала, лишь перед смертью Павла Николаевича. призналась, взяв обещание не раскрывать её секрета. Он сдержал своё слово, унеся тайну дочери с собой, так как доверял ей полностью и верил, что она найдёт правильное решение. Единственное, о чём он тогда спросил дочь, — любит ли она этого человека? И получив утвердительный ответ, сказал: «Это самое главное, а остальное образуется.»

Анна так погрузилась в свои мысли, что не сразу заметила подошедшего врача, а увидев, даже вздрогнула от неожиданности.

— Что, доктор, как всё прошло? Стас поправится, да?

— Анна Павловна, всё, что от нас зависило, мы сделали на данном этапе, — начал хирург, — Но о дальнейших методах лечения будет разумнее говорить, когда Стас придёт в себя и мы проведём повторное обследование.

— Хоть какие-то прогнозы вы можете сделать? Когда Стас придёт в себя? Я хочу его увидеть.

— Сейчас он проспит несколько часов, но вы можете пройти в палату, только халат и бахилы возьмите на посту. А прогнозы все завтра, всё завтра. Позвоночник, — это не перелом руки, это очень серьёзно, о последствиях тако