Оглавление

Летний день подходил к концу, солнце почти скрылось за небоскрёбы Нью-Йорка. Прохожие, занятые своими делами, не замечали Эрика Смита, который брёл мимо них с опущенной головой. Не видя дороги, он проходил мимо кафе и ресторанов, магазинов одежды и кинотеатров.

«Мистер Робинс опять урезал зарплату. Долг в Кварне уже перевалил за восемь тысяч. У Софи порвались последние туфли. Хорошо, что миссис Уильямс сидит с ней бесплатно…» — такими мыслями была забита его голова.

Подойдя к дому, Эрик посмотрел на окна квартиры миссис Уильямс: в них не горел свет, а это значило, что она ещё гуляет вместе с Софи. Эрик сел на первые ступеньки парадной лестницы, глубоко вздохнул и стал ждать.

— Папа! Папочка! — неожиданно раздался крик девочки, которая радостно бежала к отцу.

Эрик, опять погружённый в свои мысли, вздрогнул и повернулся на голос дочери. Он встал и пошёл навстречу ей, его лицо озарила улыбка, первая за сегодняшний тяжелый день.

Со смехом Софи прыгнула в объятия отца:

— Я видела слона, он такой огромный! А ещё жирафа и бегемота. Зебра такая полосатая, а лев всё время спал…

Софи стала перечислять, то что видела и делала за сегодняшний день, пока Эрик внимательно её слушал, не замечая боли в спине и руках.

— Она такая непоседа, — весело сказала миссис Уильямс, наконец подойдя к ним.

— Спасибо, что посидели с дочкой и сходили в зоопарк. Сколько я должен за билет? — спросил Эрик, в надежде, что миссис Уильямс не возьмёт денег, которых у него и так не было.

— О, пустяки — с улыбкой сказала она, ласково потрепав Софи по волосам, — Не надо никаких денег.

Миссис Уильямс была высокой пожилой женщиной шестидесяти трёх лет. Она была одета в вязаную кофту и длинную юбку, а на ногах балетки розового цвета. Волосы её были каштанового цвета с проседью, на лице круглые очки с затемнёнными линзами, скрывающие яркие зелёные глаза.

Несмотря на возраст, миссис Уильямс работала в магазине кассиром и поэтому она не всегда могла сидеть с Софи.

Также у неё есть дочь — Агнесс, которая уже давно не навещала свою мать, так как восемь лет назад уехала вместе со своим мужем в Европу и осталась там жить. Редкие звонки и письма, несколько поздравительных открыток и фотографий — это всё, что было у миссис Уильямс от дочери. И это даже несмотря на то, что у Агнесс есть сын, которого миссис Уильямс видела только на единственной фотографии, которую ей присылала дочь.

— Как дела на работе? — поинтересовалась миссис Уильямс, поднимаясь вместе с Эриком и Софи по парадной лестнице.

— Нормально.

Он знал, что миссис Уильямс известно о его плачевном финансовом состоянии, и что она всегда пытается дать ему немного денег, не обращая внимания на его слабые отговорки, что деньги ему не нужны.

— Ты уверен? — спросила миссис Уильямс, придерживая дверь и пропуская их вперёд.

— Да, всё хорошо, — слегка улыбнувшись, сказал Эрик.

Миссис Уильямс не стала дальше расспрашивать его, но по её глазам он понял, что она ему не верит.

— Но мне больше всего понравились гориллы, они такие большие и волосатые, и похожи на мистера Робинса, — Софи всё продолжала перечислять животных, которых она видела в зоопарке, пока лифт медленно поднимал их.

— До свидания, миссис Уильямс!

В этот момент двери лифта открылись на шестом этаже и миссис Уильямс стала выходить на лестничную площадку.