Можно ли вообразить более отважный план в этой стране». А далее – безграмотные крестьяне, нет водных энергетических ресурсов (ошибка), нет спецов (опять ошибка), угасают торговля и промышленность. «В России такой план превосходит самые пылкие технические фантазии. Сколько ни вглядываюсь я в будущее России, словно в темный кристалл, мне не дано разглядеть то, что видит этот невысокий человек… как вместо разрушенных железных дорог возникают новые, электрифицированные магистрали, как по всей стране прокладываются новые шоссейные пути, как создается новое, счастливое коммунистическое государство с могучей промышленностью».[233]
Через три месяца после их встречи, в декабре 1920 г., план ГОЭЛРО принят. Около 700 страниц, делался меньше года, по 8 экономическим районам, почти вся Россия. Электроэнергия, промышленность, все базовые отрасли. Сроки – 10–12 лет. Цель – максимум производительности труда.[234] План – «задание пролетариату», «увлечь массу… великой программой на 10–20 лет».[235]
Увлекли. Еще через три месяца, с марта 1921 г., начался НЭП, новая экономическая политика, очень живая, основанная на частном интересе. За государством – «командные высоты». Города быстро накормили. Темпы роста – 30–40 % в год.[236] В 1920-х промышленность росла быстрее, чем в 1930-х, когда НЭП свернули. Внутри этого чуда – план ГОЭЛРО как ядро.
К началу 1930-х довоенный уровень перекрыт. Чугун: 1920 г. – 2,4 % от 1913 г., 1929/30 гг. – 131 %, план ГОЭЛРО (1932/33) – 195 %. Уголь: 1920 г. – 27 % от 1913 г., 1929/30 гг. – 179 %, план ГОЭЛРО (1932/33) – 216 %. Нефть: 1920 г. – 43 % от 1913 г., 1929/30 гг. – 174 %, план ГОЭЛРО (1932/33) – 105 %.[237] «Погибнуть или на всех парах устремиться вперед».[238]
