Новое литературное обозрение

«Западный канон» — самая известная и, наверное, самая полемическая книга Гарольда Блума, знаменитого американского критика и литературоведа. Блум страстно защищает автономность эстетической ценности и необходимость канона перед лицом «Школы ресентимента» — тех культурных тенденций, которые со времен первой публикации книги (1994) стали практически непререкаемыми. Развивая сформулированные в других своих книгах концепции «страха влияния» и «творческого искажения», Блум рассказывает о двадцати шести главных авторах Западного мира (от Данте до Толстого, от Гёте до Беккета, от Дикинсон до Неруды), а в самый центр канона помещает Шекспира, который, как полагает исследователь, во многом нас всех создал.

Шотландский аристократ лорд Чарльз Каткарт был британским послом при дворе Екатерины II с августа 1768 по июль 1772 года. На примере его посольской миссии Е. Б. Смилянская и Е. Ю. Моряков рассматривают детали повседневной жизни и службы европейского дипломата XVIII века. Микроисторические подходы позволяют авторам через «небольшие» явления и реконструкцию «частностей» представить международные отношения «крупным планом»: как в Европе того времени была устроена дипломатическая практика и какова была специфика российско-британских связей. Исследователи анализируют корреспонденцию, дневники и записки семьи Каткартов: эти материалы становятся ключом к исследованию инструментов и механизмов принятия политических решений, языка условностей и церемониала, личного вклада акторов международной политики, их гендерных и психологических особенностей. В приложениях впервые публикуются переводы записок Джин и Чарльза Каткартов о Петербурге и окрестностях 1768–1771 годов. Елена Смилянская — профессор НИУ ВШЭ, главный научный сотрудник ИВИ РАН. Ерофей Моряков — сотрудник НИА Беларуси.

Конец XIX — начало XX века стали периодом активного становления женского авторства и поиска новых моделей субъектности в литературе. Многие женщины того времени, реализуя себя в творчестве и осваивая новые профессии — редакторов, издателей, критиков, переводчиков, — выбирали стратегии, часто вступавшие в конфликт с традиционными «мужскими» литературными практиками. Коллективная монография анализирует эти стратегии, исследуя, насколько они были обусловлены социальными факторами, а насколько — личными качествами писательниц. Можно ли в этом контексте говорить об особом «женском стиле»? Насколько тексты, созданные авторами того времени, раскрывают или скрывают их женскую идентичность? Исследователи обращаются как к известным именам, так и к тем, кто находился на периферии литературного процесса — от Елены Гуро и Марины Цветаевой до Екатерины Бакуниной и Анны Барковой.

«Наверное, многие, взглянув на краткое описание Елениной жизни, решат, что она была несчастна: без мужа и без ребенка, вечная дочь, замурованная в крошечной материнской двушке, где кухонная стена поросла черной плесенью. Но как было на самом деле, чего она хотела и что чувствовала?» После похорон своей учительницы русского языка и литературы героиня забирает ее архив. Потрясенная смертью Елены, она пытается разгадать жизнь почти родной и в то же время незнакомой женщины, понять природу их глубокой связи и боли, которую та носила в себе. Героиня перепечатывает дневниковые записи, письма и документы некогда принадлежавшие учительнице, занимается садом и выгуливает собак, размышляя о земле, времени и смерти. Переплавляя процесс горевания в медитативный текст, рассказчица терпит неудачу в попытке понять Елену, но на место разочарования приходит осознание — истории взрослеющей девочки и стареющей женщины, которые однажды встретились в Гродно в 2000-е, теперь связаны между собой навсегда. Дарья Трайден — писательница, автор белорусскоязычного сборника рассказов «Крыштальная ноч» (2018) и повести «Грибные места» (2024). Послесловие к книге написала Оксана Васякина.

«Что же они с грибами делают? — пробормотал Константин, и в этом вопросе неважно было, кто такие «они» и о грибах ли вообще идет речь: с такой же интонацией он мог бы спросить и «Что же они с людьми делают?». Действие комедийного романа З. Зиника происходит в брежневскую эпоху на политическом фоне холодной войны. В советской Москве кулинар-любитель и грибник Костя был одержим европейской кухней, но, женившись на англичанке Клио — бывшей троцкистке и вегетарианке, — заностальгировал в Лондоне по русской кухне, черному хлебу и душевной широте. Со временем становится ясно, что под маской простака и шутника-грубияна скрывается изощренный манипулятор и демагог. Международного военного конфликта так и не происходит — катастрофически разрушается лишь личная жизнь героев этой трагикомической любовной истории, написанной сорок лет назад, но до сих пор не утерявшей своей актуальности. Зиновий Зиник — прозаик и эссеист. Эмигрировал из Советского Союза в 1975 году. С 1976 года живет в Великобритании. Автор книг «Ящик оргона» (2017), «Ермолка под тюрбаном» (2018), «Нога моего отца и другие реликвии» (2020), а также «Эмиграция как литературный прием» (2011), «Третий Иерусалим» (2013), «Нет причины для тревоги» (2022) и «Русская служба» (2024), вышедших в «НЛО».

Слово «денди» до сих пор сохраняет неизъяснимый оттенок таинственного шарма, а сами денди видятся нам эксцентричными эстетами, творцами гениальных причуд. Но кого можно назвать современным денди? Как возник современный канон мужской элегантности? Зачем денди выводили на прогулку черепашек? Об этих серьезных, а порой и забавных вещах Вы узнаете, прочитав книгу Ольги Вайнштейн «Денди». Среди главных героев книги — знаменитый британский денди Джордж Браммелл, французские щеголи граф д’Орсе, Барбе Д’Оревильи и Шарль Бодлер, декаденты Оскар Уайльд и граф Робер де Монтескье. Европейский дендизм впервые предстает как отчетливая культурная традиция, подразумевающая не только модный костюм, но и повседневный стиль жизни, изысканную манеру поведения, специальные техники тела и тайную харизму. В книге подробно рассказывается об английских клубах и джентльменских розыгрышах, о городском фланировании и «оптических дуэлях», о светских приемах и виртуальном аристократизме. Особый раздел посвящен истории российского дендизма и отечественным стилягам.

Саркастическая, остро социальная поэтика Сергея Рыженкова соединяет в себе языковую игру и предельную внимательность к окружающей реальности с ее разноголосицей, формотворчество и максимальную серьезность в отношении «последних вещей». Подлавливая разные типы речи, от бытовой до медийной, на поэтических эффектах, разыгрывая минималистские драмы-скетчи, поэт всякий раз обнаруживает стоящий за языковыми трансформациями травматичный исторический опыт. Сергей Рыженков родился в 1959 году в Саратове, с 1995 года живет в Москве. Окончил филологический факультет Саратовского госуниверситета. Работал сторожем, журналистом, редактором. Занимался исследованиями российской политики, преподавал в РГГУ (2001–2013). Стихи, проза, статьи о литературе публиковались в журналах «Часы», «Митин журнал», «Волга», «Вестник новой литературы», «Новое литературное обозрение», «Воздух» и др., альманахах «Последний экземпляр» и «Черновик», антологиях и коллективных сборниках. Книга стихотворений «речи бормочущего» вышла в 2000 году. В качестве автора/соавтора участвовал в ряде арт-проектов, литературных перфомансов и акций.

Как Париж пришел к 1789 году? Что на самом деле думали и чувствовали парижане в десятилетия, предшествовавшие Великой французской революции? Выдающийся историк Р. Дарнтон в своей новой книге предлагает оригинальный ответ: он исследует не столько политико-экономические причины революции, сколько созревание особого «революционного темперамента» — коллективного умонастроения, которое сделало возможным взрыв 1789 года. Дарнтон погружает читателя в гущу парижской жизни 1748–1789 годов, прослеживая формирование нового общественного сознания через уникальную «мультимедийную систему» Старого порядка: как новости о войне, налогах, королевских любовницах и полетах на воздушном шаре превращались в песни, памфлеты, слухи и сплетни, распространяясь от салонов и кофеен до рынков и мастерских. Анализируя циркуляцию этих информационных потоков, автор реконструирует социальный опыт горожан и объясняет, как еще за сорок лет до взятия Бастилии в их сознании закрепилась готовность к радикальным переменам.

Как настоящая Япония соотносится с ее образами в культуре? Как европейцы воспринимают современный японский уклад жизни? Что остается сегодня от японской старины и какие взаимные влияния существуют между западной и восточной культурами? Авторы исследуют сегодняшнюю Японию не только сквозь призму литературы, театра, поэзии, истории, но и — в неменьшей степени — повседневных практик: игра в го, любование природой, отношение к кошкам, увлечение велосипедами, устройство железнодорожных поездов… И, конечно, зонтик, который для японцев — нечто гораздо большее, чем просто бытовой предмет. Мария Тереза Орси — специалистка по японскому языку и литературе, профессор Университета востока (Неаполь) и Римского университета Сапиенца, руководила переводом и изданием многих классических и современных японских текстов, в том числе «Гэндзи-моногатари», кавалер японского Ордена Священного сокровища. Фабио Себастьяно Тана — журналист, эксперт по международным отношениям, исследователь Института международных политических исследований, сотрудник новостного агентства ANSA.

Советский проект существовал не только в лозунгах: он материализовался в металле, пластике, бумаге, звуке и ритуалах. Этот сборник показывает, как материальные объекты и инфраструктуры становились посредниками между государством, обществом и повседневностью: от электрификации и мечты о единой энергосистеме до бюллетеня и урны, от «Музпрома» до детской игрушки, от самодельной настольной игры до водочной этикетки. Каковы были роли, сети, практики производства, потребления и обмена, благодаря которым создавалась и воспроизводилась вещественная система СССР? Историки, антропологи и искусствоведы, чьи статьи составили книгу, призывают увидеть в вещах полноценных участников политических, эстетических и социальных процессов, объясняющих, почему одни технологии становились символами будущего, другие закрепляли гражданские ритуалы, а третьи возвращаются сегодня в музеи, на «барахолки» и в телешоу.