Доктор, писатель, мастер: история Михаила Булгакова

Михаил Булгаков получил медицинское образование в Киевском университете — и, несмотря на то, что вовсе не был уверен в выбранной профессии и учился сперва без особого рвения, некоторое время затем проработал по специальности. Полтора года, проведённые в качестве земского доктора в смоленской глуши, оказались одним из самых тяжёлых и беспросветных периодов его биографии. А вот написанные почти десятилетие спустя «Записки юного врача», напротив, полны силы жизни и оптимизма — несмотря на все описанные в них драмы.

Именно в то время Булгаков пристрастился к морфию — и гениально и страшно описал эту зависимость в примыкающем к циклу «Записки юного врача» рассказе. Спасла будущего писателя его первая жена, Татьяна Лаппа, разделившая с ним все самые страшные тяготы тех лет. «Я бегала с утра по всем аптекам в Вязьме, из одной аптеки в другую… искала ему морфий. Вот это я хорошо помню. А больше ни черта не помню», — рассказывала она об этом времени много лет спустя. По совету врача уже после возвращения семейной пары в Киев Лаппа начала разбавлять морфий для уколов дистиллированной водой — и почти чудом Булгакову постепенно удалось избавиться от страшной зависимости.

Оставить должность земского врача Булгакову удалось только благодаря революции (в ненавистную Смоленскую губернию он был распределён как военнообязанный). В 1918 году он вернулся в неспокойный Киев, в дом на Андреевском спуске, где жили его братья, сёстры и мать с отчимом. Именно этот дом и его жильцов он с такой любовью опишет через несколько лет в романе «Белая гвардия» — и попутно страшно обидит свою сестру Варю, выведя её мужа (с которым она, в отличие от книжной Елены, прожила всю жизнь до самой смерти), под именем Тальберга.

Многие исследователи сходятся во мнении, что «Белая гвардия» должна была стать первой частью масштабной трилогии о Гражданской войне (на это намекает и само название романа, в котором до появления белых действие попросту не дошло). Сам Булгаков в эти годы был сперва мобилизован петлюровцами (от которых благополучно сбежал), а затем белыми, и воевал в частности на Северном Кавказе. Эти события, которые, вероятно, и должны были стать частью большого романа, он кратко описал в рассказе «Необыкновенные приключения доктора», воспользовавшись своим излюблённым приёмом с найденной чужой записной книжкой.

Одним из первых опубликованных текстов Булгакова стала исполненная мрачных предчувствий статья «Грядущие перспективы», увидевшая свет в Грозном в ноябре 1919 года (в это время город был занят деникинской армией). Начало её не оставляет сомнений в тогдашних воззрениях автора на происходящее в России: «Теперь, когда наша несчастная родина находится на самом дне ямы позора и бедствия, в которую её загнала «великая социальная революция», у многих из нас всё чаще и чаще начинает являться одна и та же мысль…»

Вероятно, Булгаков уехал бы за границу вместе с отступающей Добровольческой армией, но тут в его судьбу вмешался рок — в начале 1920 года будущий писатель тяжело заболел тифом и выздоровел, когда во Владикавказ, где он тогда жил, уже вошли красные части. Именно здесь он принял решение отказаться от медицины и занялся литературой — работал в газете, писал пьесы и выступал с литературными докладами. Бурную кавказскую жизнь тех лет, переезд в Москву и службу в ЛИТО Главполитпросвета, где «не было ни стульев, ни столов, ни чернил, ни лампочек, ни книг, ни писателей, ни читателей» Булгаков описал в полуавтобиографической повести «Записки на манжетах».

В сентябре 1921 года Булгаков переехал в Москву, куда уже некоторое время назад переселилась его первая жена. Жили они чрезвычайно бедно, порой буквально голодали, и дни проходили в хлопотах по поиску работы и жилья. Невероятным везением стало то, что сестра Михаила и её муж временно уступили им свою комнату в неспокойной коммуналке на Большой Садовой. Этот дом и эту квартиру Булгаков опишет в нескольких своих произведениях, а через много, много десятилетий здесь появится музей писателя. А впервые образ «нехорошей квартиры» возникает в этом рассказе 1922 года.

В 1922 году Булгаков начал сотрудничать с финансируемой Советским Союзом газетой «Накануне» — это эмигрантское издание продолжало «сменовеховский» курс, предполагавший принятие новых революционных реалий и возвращение эмигрантов в Советскую Россию. («Компания исключительной сволочи группируется вокруг „Накануне“. Могу себя поздравить, что я в их среде», — писал о газете сам писатель). Литературным приложением «Накануне» заведовал Алексей Толстой — и под его началом тут печатались Осип Мандельштам, Михаил Зощенко, Валентин Катаев, Сергей Есенин. Именно здесь впервые увидела свет первая часть «Записок на манжетах» и этот нежнейший рассказ об одиноком человеке и его маленьком соседе.

Ещё одним источником постоянного литературного заработка была работа в ставшем впоследствии легендарном «Гудке» — газете железнодорожников, где на четвёртой полосе печатались фельетоны. Авторами их были Евгений Петров и Илья Ильф, Валентин Катаев, Юрий Олеша — и Михаил Булгаков. В отличие от коллег, будущий автор «Мастера и Маргариты» работу в «Гудке» вспоминал без какого бы то ни было удовольствия. «Передо мной поставили толстую кружку пива. “Сделаем опыт, — говорил я кружке, — если они не оживут после пива, — значит, конец. Они померли — мои мозги, вследствие писания рассказов, и больше не проснутся”».

И работа в «Гудке», и изматывающий коммунальный быт — всё это не давало сосредоточиться Булгакову на главном: писательстве. И всё же в 1923-м он закончил «Белую гвардию», которая в следующем году была не полностью опубликована в журнале «Россия» (издание закрылось, не допечатав роман до конца). О быте и жизни писателя в эти годы можно составить представление благодаря этому юмористическому (и вместе с тем отчётливо отчаянному) рассказу.