Воспоминания уроженки советской Белоруссии о военном и концлагерном детстве. О послевоенной жизни в семье зажиточных поляков-католиков. Выдавших её замуж за первого встречного парня, чтобы пресечь её возвращение в СССР.
Половина текста книги - об ужасах Освенцима, а вторая половина - об "ужасах" жизни в СССР, которых автор книги никогда не видела и на себе не чувствовала. Более того - её собственная белорусская семья в 30е годы позволяла себе содержать батрачку с сыном.
Советскую власть автор называет "режимом" и никак иначе. Рассказывает, как "страдали" поляки под пятой Сталина. Как они не "могли ездить по Европе" из-за железного занавеса. А то в 20-30е годы польские крестьяне из захолустного Освенцима не иначе как в Париж катались и в Баден-Бадене отдыхали!
Она критикует политику Сталина (я не сталинист, но я за правду). Того Сталина, который дал Польше (западными "партнёрами" как самостоятельная страна не рассматриваемая) равные права при дележе послевоенной Европы. Того Сталина, что отрывал хлеб от наших людей, чтобы накормить польских. Того Сталина, чьи воины ценой своих жизней спасли от уничтожения Краков, Варшаву и Лодзь. Того Сталина, что присылал лучших инженеров для строительства заводов, ГЭС и Дворца культуры.
Как свободна была автор в Польше, когда её, словно в Средние века, силком выдавали за
соседа, к которому она даже чувств никаких не
испытывала! И как несвободны были советские
граждане, которые в эти же дни (когда автор ложилась под постороннего мужика) запускали человека в Космос...
СССР предложил девочке, выжившей в аду Освенцима, любой ВУЗ и любую карьеру. Но психологически изломанный ребёнок, привыкший "подчиняться и не отсвечивать", с промытыми антисоветчиной мозгами, припудренными катехизисом, выбрал жизнь в польской деревеньке.
Книга безусловно интересна! И как свидетельство о фашистских зверствах. И как свидетельство западного заигрывания с Польшей. Хотя бы в виде внезапного избрания польского понтифика. Которому предшествовали странные смерти. В т.ч. и русского священника.
Интересная книга... Страшная... Мудрая... Оставляющая, тем не мение, чувство какой-то гадливости, будто в дёгте тебе спину измазали, пока читал...
Девочка, не умевшая ненавидеть. Мое детство в лагере смерти Освенцим