Обо всех поговорили, истории всех рассказали, логику и убеждения всех показали, но как речь зашла о Жанне, так говорили о мужчине, который еë судил. Логично.
В целом автор не слишком приятный. Слишком много его личного в книге
Великие сожженные. Средневековое правосудие, святая инквизиция и публичные казни