Этот отчет о путешествии за пределы известного нам четвертого измерения следует воспринимать не как плод праздного воображения, а как суровый биологический прогноз, продиктованный логикой самой эволюции. Герберт Уэллс с бесстрастностью антрополога разворачивает перед нами панораму далекого будущего, где социальное неравенство викторианской эпохи кристаллизовалось в чудовищное разделение видов.
Путешественник во Времени, этот рыцарь точных наук, обнаруживает в восемьсот две тысячи семьсот первом году не триумф человеческого разума, а его окончательный закат. Золотой век обернулся декорацией для биологического вырождения. Элои, эти хрупкие, прекрасные цветы человечества, лишенные необходимости бороться за существование, утратили интеллект и волю, превратившись в безвольный скот.
Однако подлинный ужас Уэллс скрывает в недрах земли. Морлоки — бледные, плотоядные порождения технического прогресса — являются прямыми наследниками пролетариата, загнанного в подземелья заводов. Автор с пугающей прозорливостью демонстрирует нам финал классовой борьбы: симбиоз превратился в паразитизм, где рабочие буквально пожирают своих бывших хозяев под покровом вечной ночи.
Стиль повествования точен и скуп, как запись в лабораторном журнале, что придает фантастическому допущению вес неоспоримого факта. Описание умирающей Земли в финале путешествия — этого кроваво-красного пустынного берега под застывающим солнцем — звучит как эпитафия всему человечеству. Уэллс не просто развлекает нас парадоксами времени; он выносит приговор цивилизации, которая строит свой комфорт на угнетении, напоминая, что природа не знает жалости к тем, кто перестал развиваться.