Званый ужин Третьей волны эмиграции. Его язык — густой, смешной, прозрачный, как старый хрусталь, — кружит портреты писателей и художников, где биографии сплетались с текстами, а маски сползали, открывая сущностные черты. Генис видит вглубь: не школы, а индивидуальные вспышки гения — жесты, фразы, жизни как продолжение строк, — превращая частные воспоминания в зеркало эпохи, где каждый герой и его окрестности соединяются в неторопливой интересной беседе.
1 Ұнайды
Кіру не тіркелу пікір қалдыру үшін