Если Бесы долго разгоняются, но выстреливают в конце, то Подросток ровно наоборот: разгоняется, разгоняется, разгоняется и… и ничего. Вся трагедия именно здесь, в отличие от Карамазовых, Преступления и наказания или Идиота — какая-то фикция, а великая идея главного героя, вокруг которой все и вертится — набор бессвязных фантазий.
При этом классический набор кубиков Достоевского сохранен: роковые женщины, бедняжки, либералы и народники, конфликт отцов и детей, и, конечно, судьбы русского народа и его веры. Что, впрочем, скомбинировано в этой книге не самым удачным образом
Кіру не тіркелу пікір қалдыру үшін