Объект искусства может славить прошлое, восхищаться настоящим или предвосхищать будущее-книга Кустурицы это образ спланированной катастрофы, спроецированный вовне посредством личной оптики эмоций, отношений, суждений, оценок причин и следствий. Эмоциональная интерпретация длящегося процесса и его промежуточных итогов через саморефлексию в новой точке реальности.
Избранная форма- дневниковые записи- полна сложнопонимаемой балканской богемной и политической специфики, субъективности в отношении персоналий, их действий, в оценках произошедших исторических событий-автор устраняет дистанцию между собой и читателем, втягивает его в свой бытийный контур, делится своим гневом, транслирует ощущение безвозвратной потери. Личной потери- уже пережитой, но не отпускающей.
И насколько разнятся впечатления от бесшабашного балканского карнавализма фильмов Кустурицы и его же книги... Болезненная, на грани мазохизма, рефлексия, затянувшаяся более чем на четверть века поминальная тризна, тризна, на которой мы присутствуем.
Чужое прошлое, которое через трагическую сопричастность становится очевидной экстраполяцией нашего будущего.
Чтец неплох, но виолончель...
Кіру не тіркелу пікір қалдыру үшін