Горький вкус соли
50/50. Какое-то двойственное ощущение. В послесловии автор пишет, что роман был вычитан многими людьми, но шероховатости всё равно есть. У меня вызвало недоумение, что годовалый ребёнок кричал "Ника, спаси!" В этом возрасте, да и в два, и в три года, дети в испуге просто орут благим матом или зовут маму, возможно и сестру, т.к. она с ребенком общалась больше, чем мама. Второе, кримпленовых платьев в начале шестидесятых не было, это семидесятые годы. В начале 60-х - крепдешин, шелк, атлас... Третье - дома, здания, "сталинками" и "хрущевками" стали называть опять же не в начале 60-х, а гораздо позже.
И герои то говорят просторечным языком (кстати, интересно было узнать вологодские диалектные слова), а то изъясняются на чистом литературном языке. Нестыковка....
И непонятно, что же дальше с Ниной? Линия Виктора обозначена: мореходка, армия, надежда на светлое будущее. А линия Нины осталась незавершённой.
1 Ұнайды
Кіру не тіркелу пікір қалдыру үшін