«Отец Горио»: две стороны любви
Не все матери такие, как этот папа. В этой фразе — ключ ко всей трагедии. В жизни чаще бывает наоборот: не долюбили, не додали, бросили в холоде. А тут — залюбили до смерти. Обе крайности уродливы. И Бальзак кричит нам об этом с каждой страницы: любить надо уметь. Иначе любовь превращается в убийство.
Горио — не просто отец. Это материя родительской любви, доведённая до абсурда. Он любит дочерей не как живых людей, а как идолов. Он молится на них. И эта слепая, звериная, абсолютная любовь страшна именно потому, что уничтожает и его самого, и нравственность его детей.
Горио — утрированный, доведённый до гротеска образ всепрощающего родителя, который ломает стереотип «материнской любви». Он и отец, и мать в одном лице, и это делает его трагедию почти архетипической. Это миф о Пеликане, который кормит птенцов собственной кровью. Только птенцы, наевшись, улетают и даже не оборачиваются.
Бальзак не морализирует. Он просто показывает механизм: чрезмерная, слепая, не требующая ничего взамен любовь развращает. Она не учит благодарности — она учит потреблению. Дочери Горио, Анастази и Дельфина, не родились монстрами. Их сделало такими воспитание, в котором отец был не авторитетом, а слугой, не божеством, а жертвенным агнцем.
Сцены, где они выжимают из старика последние гроши на бальные платья, а он радуется, что может отдать им свой тощий матрас, — это даже не грусть. Это ужас.
1 Ұнайды
Кіру не тіркелу пікір қалдыру үшін