“Его стали привлекать книги сами по себе, и он тайком доставал их из сумок и коробок, которыми были уставлены коридоры Департамента, и тайком же на своей машине вывозил домой. Это были книги, которые, как ему казалось, он непременно должен прочитать, книги, которые были ему особенно нужны, которые звали его по имени. А что, если бы они попали к другому цензору? Нет! Эти книги выбрали его, они проникли в его гардероб, а потом и в кровать, и выгнали его жену. Сбылось все, о чем его предупреждали: он стал кем-то другим.”