Однажды на неизведанный западный берег, куда ещё не ступала нога «культурных граждан», высадились они. Колонизаторы. И с этого момента всё пошло по самому исторически ужасающему сценарию.
Как происходило освоение новых земель? Стоит только углубиться в историю, как становится неприятно. Почему? Да потому что одни жаждут обладать, а другие — жить как прежде. Конфликт неизбежен. Человечность отходит на задний план. На земли племён приходит страшное слово — «цивилизация». Вторжение невозможно без насилия.
▎Автор пишет строго, чётко, без украшательств и излишеств. И от этого мороз по коже. Сцены кинематографичны и… шикарны.
Но это всё частности. Здесь интересна глубина. Да-да, с первых строк меня затянуло в происходящее. На сердце — предвкушение опасности. Ожидание неприглядной правды, скрытой в атмосферной серости. Мне обещали, что меня ждёт что-то поистине бомбезное — и они были правы.
▎Книга учёта
О-о-о. Это же адский жернов бюрократии. Жизнь, смерть — каждый лишь цифра. Негоден — списан. Зло здесь — обыденность, привычная рутина. Моё внимание сразу привлёк писарь Роберт. Он на фоне, но он как тик-так отстукивает ритм: всё чётко фиксирует. И неустанно бдит.
▎Жадность
Люди забывают про человечность. Охваченные жадностью и жаждой наживы. И в этом плане меня особенно поразил представитель церкви.
▎Ардан Вэрих
Довольно интересный персонаж. Он не эмоционален, расчётлив и хладнокровен. Он управляет, использует, подчиняет и манипулирует страхом. В нём нет человечности. Он решает, кому жить, а кому умереть. Его беспрекословно слушают, а кто не услышал — будет наказан, да так, чтобы все видели и на ус мотали.
▎Местные
Конечно, местные тоже не ангелы. Они способны постоять за себя и защищать свои владения. Они осторожны, скрытны, умеют убивать и готовы отвечать насилием на насилие. Но они в своём праве. Они были дома, пока к ним не завалились наглые гости.
▎Ритм и пасхалки
Тучи сгущаются — и я не про погоду. События сменяют друг друга быстро, как тот самый ручей с водоворотами, по которому сбегали олхари. Но взгляд то и дело цеплялся за пасхалки, подсказки — а может, и не подсказки, но определённо то, что выбивалось из общей картинки. Приходилось себя придерживать, чтобы случайно не пролететь что-то важное.
▎Жестокость, бесчеловечность, ломка
Здесь будут ломать сильных. Уничтожать волю и разрушать веру. Надежда свалится в яму десять футов в ширину, шесть — вглубь. Любовь — как нарушение порядка — будет вырвана с корнем. Женщины — как инструмент для награждения; дети — для манипулирования; мужчины — халявная рабочая сила. Наказания без разделения на своих и чужих.
Поначалу большинство персонажей оставались лишь массовкой — словно куклы под властной рукой Ардана. Но постепенно стали появляться яркие пятна и герои, которые, несмотря на преданность своим желаниям и общей цели, всё же были наполнены жизнью — быть может, зачатками толерантности и стремлением решать дела меньшей кровью.
▎Финал или Как одной фразой оставить читателя с носом
Финал вытесняет часть вопросов, но провоцирует новые — и отчаянную жажду узнать больше. Автор одной фразой выворачивает всё наизнанку. Не зря мне книга казалась головоломкой. Это она и есть — в лучшем её исполнении.
Это не сказка о любви и не притча о свободе. Это правда о том, как строились цивилизации. Как жадность вытесняет совесть, а желание обладать разлагает морально. И это не исторический экскурс, а исторический опыт, который навряд ли кого-то оставит равнодушным. Но учтите: жестокость здесь есть, она уместна, но может показаться неприятной. Однако если вас это не испугало — читайте до конца. Потому что оно того стоит.
1 Ұнайды
Кіру не тіркелу пікір қалдыру үшін