Следовательно, к восьмидесяти годам я достигну ещё больших успехов; в девяносто лет я проникну в тайны вещей, а к ста годам моё искусство станет просто чудом. Когда же мне исполнится сто десять лет, то у меня каждая точка, каждая линия – все будет живым.
Корни Японии. От тануки до кабуки
·
Александр Раевский
