А потом сразу же, словно в ответ на это заклинание джинна, будто бы взмахнувшего рукой, разразилась последняя буря, которая смела все на своем пути. Судьба нанесла удар. Ему показалось, будто черные ангелы спустились на его порог, приникли к окнам, вооруженные мечами разрушения и смерти. Гарпии и фурии заполонили дорогу к дому, уселись на крыше. Однажды вечером, за месяц до того, как умерли Фрэнк и Питер, и за три дня до того, как они заболели в последний раз и на этот раз смертельно, он шел по этому же самому мосту, по своему обыкновению размышляя о жизни и будущем, несмотря на ветер, холод и облако угольной пыли, поднявшейся от проходившей под мостом баржи, его внимание привлекли два огонька, которые, словно танцуя, спустились с холма, где стоял его дом, и направились к реке. Они взмыли прямо перед ним, чтобы пролететь над мостом, и исчезли на другой его стороне. Таинственные огоньки оказались так близко, что едва не коснулись его лица, хотя он не был уверен, что они ему не привиделись, ибо было в них что-то сверхъестественное и зловещее. Огоньки показались ему странными уже в тот момент, когда он заметил их в отдалении. Они легко и грациозно плыли в воздухе, а потом внезапно исчезли. Он заинтересовался ими в тот самый момент, когда увидел их внизу, возле малярной мастерской Тегетмиллера. Что они такое? И что могли означать? Они были такими голубовато-прозрачными, точно тусклые серые звездочки – такие же бледные и водянистые. Внезапно ему показалось, будто что-то или кто-то шепнул ему на ухо: «Смотри! Это души твоих детей. Они уходят и больше не вернутся! Видишь? Твои молитвы услышаны!»
В этот момент его охватил такой ужас и такое немое отчаяние, что он поспешил домой, уже готовый спросить Мари, не умерли ли мальчики или не случилось ли с ними что-нибудь. Обнаружив, что они не спят и привычно играют в своей комнате, он постарался отогнать от себя наваждение и больше о нем не вспоминать. Однако странные огоньки продолжали его преследовать, и он никак не мог перестать думать о них. Неужели его мальчики и в самом деле умрут? Один день и второй прошли без изменений, а на третий оба мальчика заболели, и он понял, что его страхи небеспочвенны.
Условности
·
Теодор Драйзер