Лыков осадил коня перед домом Атаманцевой, соскочил с седла, подхватил валящегося барона на руки. Одним ударом ноги выбил калитку, ворвался на двор и принялся молотить сапогом по входной двери.
— Лидия Павловна! Скорее открывайте, это я, Лыков! Лидия Павловна! Очень срочно!
В доме зажглась свеча, дверь распахнулась и показалась Атаманцева в ночном капоте.
— Алексей Николаевич, это вы? Что случилось?
Лыков оттеснил хозяйку плечом, ворвался в темный дом и ринулся по памяти в смотровой кабинет. Растерянная докторша бежала следом и светила. Сыщик положил друга на кушетку.
— Кто это? — Атаманцева поднесла огарок. — Барон! Что случилось? Он ранен? Я не вижу крови.
— Контузия в шею. Не понимаю, как пуля могла ударить в мышцу, но не пробить ее. Видимо, стреляли из старого ружья, еще гладкоствольного. То-то пуля так жужжала… Гортань опухает и сжимается, он теряет возможность дышать. Быстрее! Я видел у вас днем пиявок!
«Жевешка» поняла его с полуслова. Она бросилась к окну, схватила большую банку с плавающими в ней пиявками и запустила туда руку.
— Так… пять… Нет, лучше шесть! Посветите мне
Кіру не тіркелу пікір қалдыру үшін