Стой! – сказала Ниночка мрачно. – Этого вы с Ржевским помнить не можете…
– Нам… То есть ему рассказывали. И у моей памяти перед памятью Ржевского есть преимущество – я всегда могу спохватиться и сказать себе: это не моя любовь! Это не моя боль! Ты, отец, ошибаешься, потому что участвовал. Я вижу больше, потому что наблю
