Что же теперь? И в области рассуждений не ожидаем ли мы какого-нибудь подобного искусства? Разве не возможно словами обворожат слух юношей, стоящих еще далеко от дел истины, показывая им в отношении ко всему так называемые призраки, чтобы заставить их думать, будто говорят им истину, и будто говорящий есть человек самый мудрый из всех и во всем?
