Другими словами, автор документа должен показать, что исправления сделаны им самим, и верифицировать их своей подписью, а то мало ли какой находчивый следователь заправит в пишущую машинку лист с текстом экспертизы да и настучит в пробеле между строк что-нибудь прямо противоположное тому, что хотел выразить эксперт. При рассмотрении актов СМЭ, составленных Возрожденным, мы отмечаем не только исправления текста от руки, что еще можно объяснить борьбой за грамотность и лучшую стилистику, но и забивание машинописного текста в местах, весьма существенных для понимания написанного. Например, в акте судебно-медицинской экспертизы тела Людмилы Дубининой можно прочесть: «Рожки подъязычной кости необычайной подвижности — XXX (знак переноса) ХХХХ. «Совершенно очевидно, что знаком «X» забито слово «сломаны» и знак переноса на следующую строку стоит сообразно разбивке этого слова на слоги.
И вряд ли Возрожденный ошибся с определением перелома рожков подъязычной кости, ошибочно напечатав «сломаны», — технически акт готовится уже после вскрытия и печать его занимает некоторое время, в течение которого можно не спеша свериться с предварительными записями (сделанными лично или под диктовку — неважно). Еще более удивительно выглядит в акте судебно-медицинской экспертизы тела Тибо-Бриньоля забой знаком «X» целой фразы, длиной в 18 знаков, включая пробелы (при большом увеличении можно прочесть
Смерть, идущая по следу…. Попытка историко-криминалистической реконструкции обстоятельств гибели группы свердловских туристов на Северном Урале в феврале 1959 г. Главы 1—23
·
Алексей Ракитин
