Они могли бесконечно рассуждать о красоте женских щиколоток, но, если разговор заходил о философии, тут же терялись. Если женщина заводила разговор на серьезную тему, они терпеливо молчали и смотрели на нее с грустью, создавая видимость интеллектуального превосходства.
