Котенок прочищает горло.
– А ужин у нас планируется в каком-нибудь экзотическом стрип-клубе, да?
– Признаюсь, после подобного шоу выбранный мной ресторан теперь кажется мне очень скромным.
– Как по мне, так это просто замечательно. Честно говоря, после этого отрывка я собираюсь внести изменения в список книг, которые я планирую читать вслух. Если бы я знала, что эротические сцены не воспрещены, то выбрала бы другое.
Я перевожу взгляд на Котенка.
– Подожди, а этот отрывок разве был нормальным? Книги действительно такие? – Она смеется, и я добавляю: – Я имею в виду книги для девочек, романтика и все в этом роде. Не хочу сказать, что я не читаю; я читаю – когда могу. И, на мой взгляд, в романтике нет ничего плохого… Просто таких книг я не читал.
Я захлопываю свой рот. Уверен, я выгляжу, как кретин.
Котенок протягивает руку и похлопывает меня по предплечью.
– Ну, не хочу портить удовольствие, но в большинстве романтических книг есть сексуальные сцены. И не просто обозначение секса, иногда встречаются очень наглядные и супержаркие описания. А иногда в одной книге бывает много таких сцен. А некоторые книги полностью состоят из эротического контента. – Она замолкает. – Но такие лучше читать в одиночестве. В постели. Ночью.
Что-то в ее тоне заставляет меня повторить ее слова про себя еще раз.
Читать в постели. Ночью. В одиночестве.
О, черт побери! И теперь я представляю себе Котенка, читающую грязные истории и трогающую себя.
Мое тело моментально реагирует на эту картинку. Закрыв глаза, я перебираю все несексуальные вещи, которые могу вспомнить, пытаясь справиться со своим стояком, как какой-нибудь ботаник на первом свидании.
Коньки. Хоккейный шлем. Вратарская клюшка. Бутылка воды. Штрафной бокс.
– «Штрафной бокс»?
– Ага. Я просто думал…
Черт, последнее я произнес вслух!
– О, смотри. Мы приехали.
Я паркуюсь, глушу двигатель и выхожу из машины быстрее, чем когда-либо раньше.
Но прежде чем я захлопываю дверь, я слышу звонкий смех Котенка, доносящийся мне вслед.