Если фишкой романа Чандлера была как раз откровенность и порочность фабулы, то в фильме Хоукса они были затерты с ущербом для ясности повествования… что само по себе стало фишкой. Если кто-то говорит вам, что в полной мере понимает сюжет «Глубокого сна», это либо обман, либо самообман. Вынужденная запутанность сюжета парадоксальным образом трансформировала относительно стандартный детективный нарратив в затейливое арт-высказывание о невозможности познания, что как раз и сделало «Глубокий сон» по-настоящему культовым фильмом, которым восхищались Акира Куросава, братья Коэн и критик Роджер Эберт.
Случайности в истории культуры. Совпадения и неудачи, открывшие путь к шедеврам
·
Святослав Иванов
