Так город стал городом Афины, иначе говоря, при всем своем морском могуществе мог опираться и на внутренние ресурсы, что выражено во многих памятниках афинского самосознания, например в надгробной речи Перикла, приводимой у Фукидида: «мы любим красоту без излишеств и любим мудрость без изнеженности» – противопоставление афинской скромности персидской роскоши.
