Люциус засыпал, уткнувшись носом в мягкую волну волос девушки, и сонным разумом цеплялся за сказанное. «Люблю и ненавижу». Кого он ненавидел прежде всего? Уж не самого ли себя?
Он не мог оставить жертв Лоркана без свободы, не мог подвести демонов только из-за того, что поддался чувствам.
Люк крепче стиснул Нину в объятьях. Он не питал иллюзий, что им не придется расстаться.
О дьяволе и бродячих псах
·
Саша Кравец
